— Я неясно выразился? Я устал во время лечения и не имею сил задерживаться.
Совершенно неважно, что это ложь и её можно ощутить. Вартол с его задумкой не заслуживает ничего другого.
Седой ясно почувствовал мой настрой, а может быть, сумел услышать и Озмана. Поэтому рыкнул так, что голос его прокатился по коридорам:
— С дороги! Десятник! Стража! Возвращаемся на портальную площадь!
— Слушаемся, старший Аранви! — раздалось в ответ глухо, но отчётливо.
—
Но Вартол опоздал. Вихрем промчавшись остаток пути, через тридцать вдохов мы уже взлетели. Клянусь, я даже хотел, чтобы Вартол попытался нас остановить силой и дал мне повод. Но он не рискнул. Даже не запретил страже пускать нас к порталу.
Перед тем как шагнуть в Исток, я оглянулся.
Что же, Вартол, ты сам выбрал свою судьбу. И тогда, когда обидел своего сына Озерата, и тогда, когда не дал достойного его талантов места моему будущему главе Знающих, и сегодня, когда решил сделать Рейку женой одному из своих ублюдков.
По сути, Озман воспользовался даже мной в своём плане. Он изначально поставил всё на то, что я не нарушу обещания и вылечу Ворана. К тому же, в отличии от Вартола, понимал границы моих сил и то, насколько сильно я выложусь в лечении сына того, кто пытался меня убить, а когда не смог, задумывался над тем, чтобы нанять убийцу в старших фракциях.
Хотя, возможно, я перехваливаю своего главу Знающих. Вполне может быть, что я просто его недооцениваю. Озман ждал меня в тот день, заговорил со мной, едва я вышел от Ворана. Кто сказал, что у него не было дополнительного малого плана, в котором он бы выяснил, как далеко я продвинулся в излечении и сам, лично уговорил бы меня остановиться? Ничуть не удивлюсь, если с этим я угадал.
Итак, план Озмана включал в себя излечение его дяди Ворана от остаточной стихии сорвавшегося Испытания, наличие ран меридианов, продолжение лечения более привычными средствами и… список зелий, который подал лекарь семьи.
Ещё, конечно же, на вражде Морлан и их соседей Фаир. За прошедший год Озман с помощью оставленных ему двух Властелинов Сломанного Клинка отыскал шпионов семьи Фаир в рядах Морлан и не раз, и не два подбрасывал им нужные сведения, раз за разом сталкивая лбами с Морлан. Чаще всего в борьбе за редкие лекарства, но и всё остальное не обходил вниманием.
То подскажет, на какой аукцион отправится Вартол и сколько у него духовных камней. То напомнит Вартолу про аукцион с подходящей ему техникой, где, вот незадача, появятся и Фаир, не дав ему ничего купить. То сведения от искателей Морлан про редкие травы с уникальным лечебным эффектом окажутся у Фаир раньше, чем даже у Вартола.
Не потому ли Вартол так распалился буквально на пустом месте, услышав про оставшееся лечение сына? Ведь уже год это самое лечение уходит у него буквально из-под носа. И всё в чужие руки, в чужие руки, а если и в свои, так чуть ли не по десятикратной цене.
Фаир, считающие себя сильнейшими из окрестных фракций, совершенно не хотели, чтобы Морлан остановили своё падение в рангах, а тем более не хотели, чтобы они оправились полностью и ещё раз попытались создать Повелителя Стихии, на этот раз успешно.
Так что желание Вартола заполучить талантливого лекаря, да и меня ублажить и смягчить теми прыгающими девицами в халатах понятно.
Но кто сказал, что оно мне было приятно? И уж тем более ему не следовало…
— Глава! — вырвал меня из раздумий голос Бахара.
— Да, — тут же кивнул я.
— Глава, — покачал головой Бахар. — Вы плохо делаете вид, что участвуете в совещании. Ничуть не лучше, чем камень, что лежит у дороги. Разве что камень не умеет говорить «да», когда его пинают.
По остальным старейшинам прокатилась волна смешков, даже Виликор усмехнулась уголком рта.
— Задумался, — честно и не особо смущаясь признался я. Сидим уже почти время горения средней палочки, неудивительно, что я отвлёкся. Освежил себе чай и, грея пальцы на чашке, попросил. — Повтори, советник.
— Невесты, — с нажимом сказал Бахар, заставив меня поморщиться. — Мы не можем отказывать им во встрече бесконечно, глава.
Я удивлённо переспросил:
— А что, просятся именно они, лично?
Кто-то из старейшин закашлялся в кулак.
— Глава, — тяжело вздохнул Бахар и потёр лицо. — У вас есть Аранви и Травер для упражнений в остротах, избавьте меня от них. Разумеется, я говорю обо всех тех старейшинах, что раз за разом уже не просят, а требуют встречи с вами.
— Неинтересно, — отмахнулся я. — Мы не раз обсуждали всё это. Через пять месяцев разница в рангах наших фракций будет уже совершенно незначительной. Для нас нет выгоды в этом союзе. Особенно, — я постучал по столу. — Особенно если дело Знающих будет завершено. Это они ищут выгоду. С теми, кто так резко взлетел в силе, с теми, у кого есть наследие, с теми, кто может лечить раны их бывших талантов, не прошедших Испытание.
Бахар снова поморщился, но промолчал. Неожиданно его поддержал Ледий.
