Контролёр тактично отвлёкся на телефон, и Ира позволила себе соорудить бутерброд из художественно разложенных по тарелкам комплектующих. Отказываться от угощения невежливо, а Прохор правда может расстроиться, хоть и вряд ли станет на Афонькин манер лупить малоежку по лбу деревянной ложкой. Интересно, можно крепкий кофе после тесного общения с паразитом? Наверное, да, раз уж специалист по всякой нечисти против такого не возражает. Жевать в тишине пришлось недолго: Прохор явился вновь с куда более скромной ношей, всучил хозяину бутерброд, в несколько слоёв покрытый тонко нарезанной колбасой, кружку с кофе и листок бумаги, сверху донизу исписанный каллиграфическим почерком. С ума сойти, писать умеет, да ещё как!
– Позаканчивалось всё, – сварливо заявил домовой. – Ни мяса к ужину нетути, ни маслица не осталось! О-хо-хо, видала бы хозяйка…
– Привезу вечером, – Зарецкий не глядя отложил список покупок. Прохор бросил на хозяина оскорблённый взгляд. – Ты со стиркой-то своей закончил?
– Так само собой, – с достоинством сообщил домовой. – Погладить осталось.
– Ну и займись.
– А вот бы ещё хозяин рубашку приличную надел, в об-чест-ве да-мы! – нагло заявил Прохор. Ира против воли хихикнула: едва ли не впервые на её памяти нахального контролёра ставили на место, и кто? Собственный домовой!
Зарецкий, впрочем, в долгу не остался.
– А вот бы ещё мне всякая нежить указывала! Брысь, не мешай.
Прохор хмыкнул не хуже Верховского и удалился, прикрыв за собой дверь. Ярослав устало вздохнул и отложил нетронутый бутерброд. Ире вдруг пришло в голову, что, как бы упорно Прохор ни звал Зарецкого хозяином, тот всё равно кажется здесь чужим. Как квартирант или постоялец в отеле.
– Вернёмся к нашим баранам, – сказал Ярослав, не дав додумать странноватую мысль. – До того, как вы… пошли праздновать, ничего подозрительного не замечала?
– Вроде нет, – с сомнением протянула Ира. Сидеть в залитой солнечным светом комнате и вспоминать о липких холодных прикосновениях, вытягивающих из тела жизнь – бррр… – Это, наверное, не странно, да? Ну, что этот тип ко мне прицепился.
Ярослав вопросительно поднял брови.
– В смысле, маги ему не по зубам, – Ира поспешила развить мысль. – А ведьма – нормально, в самый раз.
– В самый раз, – задумчиво повторил Зарецкий. – Наш друг вообще к дамам неравнодушен.
– Как он так близко к Управе-то сунулся? – уныло посетовала Ира. Никак не получалось теперь избавиться от мерзкого фантомного холода. – Его же один раз уже… О-о-о!
Она едва с места не подскочила, озарённая внезапной догадкой. Потные ледяные пальцы, невзрачное болезненное лицо, шелестящий голос – всё это помнилось ей прекрасно, только вот не по вчерашнему вечеру!
– Невысокий такой, да? – взволнованно предположила Ира. – Тёмненький, и лицо, ну… никакое. И глаза как у рыбы. И как будто болеет чем-то…
Зарецкий склонил голову к плечу.
– Макс мог бы судить точнее, но, по-моему, описание похоже, – сказал он. – Ты его ещё где-то видела?
– Да! – Ира едва не столкнула со столика пустое блюдце, но оно в последний миг удержалось на самом краю. – В Управе, в день, когда я экзамен сдавала! Он в правопорядке сидел, кашлял всё время… Потом вроде как упал, то есть чуть не упал. Я помогла, придержала… У него руки холоднющие были, как сейчас помню!
– Вот как, – Ярослав подался вперёд. – Выходит, одной загадкой меньше. Много тогда вытянул?
– Н-не знаю, – Ира нервно прикусила губу. Не только с паразитом она в тот день виделась. – Не так, как вчера.
– Само собой, – буркнул Зарецкий. – Но на то, чтобы удрать из Управы, вполне хватило.
– Удрать?
– Именно, – Ярослав раздражённо поморщился. – Макс его безопасникам вымотанного приволок, там даже на простейшую стихийку бы не хватило. Кто ж знал, что эти ослы паразита в общую приёмную потащат и там одного бросят, а тут такой случай… Н-да…
Он умолк; в наступившей тишине слышно стало, как где-то в соседней комнате пыхтит паром утюг. Мягкий диван окончательно перестал быть уютным. Если всё, что они только что тут наговорили, – правда, то что теперь будет? Отберут удостоверение за пособничество преступному элементу? Потащат по разбирательствам? Ира уже сама была не рада, что поделилась соображениями. Ладно бы с Максом, тот бы понял и что-нибудь придумал, а Зарецкому-то на неё решительно плевать! Раз того требует правосудие – сдаст её как миленький, тем более что репутация отдела на кону…
– Прохор! – позвал вдруг контролёр, нетерпеливым жестом заставив дверь приоткрыться. – Иди сюда!
Домовой тотчас возник на пороге, перегородив собой проход. Не пора ли прорываться на волю? Хотя куда ей против боевого-то мага…
– Ты куда дел коробку со старьём?
Прохора вопрос изумил не меньше, чем Иру.
– Со старьём? – возмущённо выдохнул домовой. – Со старьём?! Ох, слыхала бы хозяйка!..
– Слыхала, – нетерпеливо отмахнулся Зарецкий. – Тащи сюда.
– И зачем бы это?
– Затем, что я сказал. Это приказ.
