Разговоръ былъ оконченъ. Маркъ поблагодарилъ, все еще недоумѣвая, зачѣмъ его пригласили. Если даже предположить, что барономъ руководило желаніе быть со всѣми въ ладу, поддѣлаться къ симонистамъ на случай ихъ торжества, все же нельзя было объяснить такимъ желаніемъ лестное приглашеніе пожаловать въ великолѣпное помѣстье Дезираду. Маркъ уже собирался уходить, когда вопросъ наконецъ выяснился.
Баронъ Натанъ проводилъ Марка до порога салона и задержалъ его у двери, сказавъ, съ тонкой улыбкой, но какъ будто подъ вліяніемъ внезапно пришедшей ему въ голову мысли:
— Дорогой господинъ Фроманъ… я открою вамъ секретъ… Когда мнѣ доложили о вашемъ приходѣ, я сидѣлъ съ одною личностью, чрезвычайно выдающейся, и эта особа воскликнула: «Господинъ Фроманъ! О, я бы съ удовольствіемъ побесѣдовалъ съ нимъ!» Увѣряю васъ, это восклицаніе вырвалось отъ чистаго сердца.
Онъ умолкъ и подождалъ нѣсколько секундъ, надѣясь, что Маркъ спроситъ его и облегчитъ ему признаніе; но Маркъ молчалъ, и тогда баронъ разсмѣялся, стараясь обратить все въ шутку.
— Вы, конечно, будете очень удивлены, когда я назову вамъ эту личность.
Видя, что Маркъ остается серьезнымъ, выжидая, чѣмъ все это кончится, банкиръ принужденъ былъ высказаться на-чистоту.
— Это отецъ Крабо! А? Что? Не ожидали?… Да, отецъ Крабо зашелъ къ намъ сегодня случайно, позавтракать. Вы знаете, — онъ удостаиваетъ мою дочь своего расположенія и часто посѣщаетъ нашъ домъ. Такъ вотъ отецъ Крабо высказалъ желаніе побесѣдовать съ вами. Если оставить въ сторонѣ разность убѣжденій, то надо все-жъ-таки сознаться, что это человѣкъ рѣдкаго ума. Отчего бы вамъ не повидаться съ нимъ?
Маркъ понялъ наконецъ и успокоился; въ немъ проснулось невольное любопытство, и онъ отвѣтилъ совершенно просто:
— Я вовсе не отказываюсь побесѣдовать съ отцомъ Крабо и охотно выслушаю то, что онъ желаетъ мнѣ высказать.
— Отлично! отлично! — воскликнулъ баронъ въ восторгѣ отъ своего дипломатическаго порученія. — Я сейчасъ сообщу ему о вашемъ согласіи.
Опять открылись и закрылись какія-то двери, послышался неясный шумъ голосовъ и затѣмъ все погрузилось въ молчаніе. Марку пришлось ждать довольно долго; отъ нечего дѣлать онъ подошелъ къ окну и увидѣлъ, какъ на террасу вышли тѣ люди, разговоръ которыхъ доносился до него. Онъ узналъ Гектора де-Сангльбефа и его жену, все еще прекрасную Лію, въ сопровожденіи ихъ вѣрнаго друга — маркизы де-Буазъ, которая, несмотря на свои пятьдесятъ семь лѣтъ, представляла собою полную, не лишенную прелести, блондинку. За ними на террасу вышелъ Натанъ, но отца Крабо не было видно: онъ, вѣроятно, стоялъ у большого окна салона, продолжая оживленный разговоръ съ хозяевами дома, очень довольными предстоящимъ свиданіемъ его съ Маркомъ. Это приключеніе особенно позабавило маркизу де-Буазъ. Эта особа теперь окончательно поселилась въ замкѣ, хотя и собиралась уѣхать оттуда, когда ей минетъ пятьдесятъ лѣтъ, не желая, чтобы люди говорили, что у Гектора такая старая любовница. Но такъ какъ всѣ ее увѣряли, что она до сихъ поръ очаровательна. — то маркиза и рѣшила продолжать заботиться о семейномъ счастіи графа, котораго она женила на прекрасной Ліи, вмѣсто того, чтобы заставить его влачить вмѣстѣ съ собою жизнь, полную лишеній; она явилась самой нѣжной подругой графини Ліи, освобождая ее отъ всякихъ заботъ и предоставляя ей возможность погрузиться въ полное самообожаніе. Такимъ образомъ всѣ эти люди наслаждались безконечнымъ блаженствомъ въ прекрасномъ помѣстьѣ Дезирадѣ, среди роскоши и блеска, поощряемые улыбками и благословеніемъ благочестиваго отца Крабо.
Маркъ, наблюдая за графомъ, видѣлъ на его толстомъ лицѣ съ низкимъ лбомъ протестъ противъ той чести, которую желали оказать незначительному учителю, весьма подозрительному по своимъ убѣжденіямъ, быть принятымъ въ ихъ домѣ и даже удостоеннымъ разговора съ отцомъ Крабо. Хотя графъ никогда не участвовалъ въ сраженіяхъ, но любилъ говорить о томъ, какъ онъ сокрушитъ враговъ отечества. Маркиза, устроивъ его выборы въ депутаты, напрасно старалась внушить ему республиканскій образъ мыслей: графъ только и бредилъ своимъ полкомъ и честью своего знамени. Еслибы около него не было маркизы, такой умной и ловкой, онъ бы навѣрное совершилъ цѣлый рядъ грубыхъ ошибокъ, и такое опасеніе было одной изъ причинъ, почему она не рѣшилась покинуть обожаемаго графа, И на этотъ разъ она должна была вмѣшаться въ дѣло и увести своего строптиваго возлюбленнаго, захвативъ съ собою его жену; они удалились въ паркъ, разговаривая самымъ мирнымъ и дружелюбнымъ тономъ.
Баронъ Натанъ быстро вернулся въ большой салонъ, затворивъ за собою дверь на террасу, а вслѣдъ за тѣмъ вошелъ въ ту комнату, гдѣ дожидался Маркъ.
— Мой дорогой господинъ Фроманъ, будьте любезны послѣдовать за мною.
