— Рен планирует нашу свадьбу, — сказала я Джею, когда он налил мне бокал вина. Он не позволил наливать самой. В ту секунду, когда бокал был почти пуст, он был рядом и снова наполнял его. Я не потрудилась прокомментировать, что могу делать это сама. Джей очень хорошо знал это, но хотел делать сам. Один из многих маленьких жестов, которые, да, возможно, говорили о его склонности к контролю, но также говорило о том, как он хотел заботиться обо мне. Маленькие, миленькие жесты.
Например, наполнение моего бокала.
Каждый чертов раз я сходила с ума, когда вдыхала его запах, видела его зеленые глаза, наблюдающие за мной с другого конца комнаты.
— Я не удивлен, — ответил он, когда закончил наливать вино и перешел к своему бокалу.
И еще одно: он всегда заботился обо мне прежде, чем думал о себе. Всегда. И не только в спальне – считалось, что это само по себе было какой-то редкостью.
Я ненавидела широкие обобщения о мужчинах и женщинах, которые существовали по сей день. Женщины в любви, в похоти, в серьезных отношениях, как правило, стараются изо всех сил заботиться о мужчинах. Сотней способов. А мужчины не замечают, как их женщина приносит им пиво, как выбирает их любимую марку йогурта в магазине, как сосут их члены не потому, что им нравится, а лишь для того, чтобы доставить им удовольствие.
Мужчины, как правило, не особо стараются делать такие мелочи, потому что в основном они их не замечают.
Джей замечал во мне все. Даже то, чего я не замечала в себе. И его чувства и преданность становились все более и более очевидным с тех пор, как мы вернулись домой.
— Смотрю, ты не против, что Рен планирует нашу свадьбу, — уточнила я, когда он сел рядом со мной, а затем притянул меня так, что я практически сидела у него на коленях.
Я любила сидеть близко.
Как будто он думал, что я могу убежать и снова проложить океан между нами. Как будто он боялся, что может снова оттолкнуть меня.
— Даже если бы был шанс поспорить, я бы не выиграл, — сказал Джей, потягивая вино. В его словах, голосе, во взгляде была легкость, которая согрела меня изнутри. — Но нет, у меня нет возражений против того, чтобы Рен сделала это. А у тебя?
Я покачала головой.
— Конечно, нет. У меня тоже нет выбора в этом вопросе. И если у моего супер-могущественного крутого жениха нет шансов против Рен, то у меня тем более.
Джей протянул руку, чтобы вытащить мои волосы из беспорядочного пучка, в который я их собрала ранее. Он пригладил пряди пальцами.
— Я думаю, ты сомневаешься в своих силах, любимая, — пробормотал он.
Я улыбнулась ему.
— Ты же знаешь, что свадьба от Рен будет подобна фанфарам, — предупредила я, возвращаясь к текущей теме.
Он кивнул.
— Я знаком с Рен, так что да.
— Список гостей будет чудовищным, — продолжила я.
— Опять же, я не удивлен, — Джей говорил непринужденно, без напряжения в челюсти, без прикрытых век. Меня нервировало видеть его таким.
Расслабленным.
Это было нервирующе, но в то же время чудесно. Я не хотела разрушать этот удобный, легкий момент между нами. Потому что я знала: как бы сильно ни казалось, что все изменилось, как бы сильно ни изменился Джей, я знала, что люди, особенно мужчины – особенно Джей – не менялись в корень.
Мне до боли хотелось удержать его таким, как сейчас, не создавая ни единой проблемки.
Но так же сильно, как я не хотела разрывать наши мирные очаги, я хотела убедиться, что между нами ничего не осталось недосказанным. Что отношения не рушатся из-за вещей, сказанных в гневе, слов, использованных в качестве оружия. Конечно, они оставляли следы. Но они не несли непоправимого ущерба.
Ущерб всегда лишь из-за молчания. Из-за мыслей, чувств, страхов, потому что произносить их казалось слишком трудно, слишком неудобно. Эти невысказанные слова зарывались, как термиты, разъедая то, что находится под поверхностью.
— Джей, — сказала я.
— Стелла, — ответил он, все еще играя с моими волосами.
— Не так давно, всего несколько месяцев назад, ты недвусмысленно сказал мне, что никогда не женишься, — я заставила себя говорить небрежным тоном, хотя одно воспоминание об этом разговоре причиняло боль.
Часть легкости покинула его глаза, и я возненавидела себя за это.
Он не ответил. Джей вспомнил этот разговор. Он знал, что это было не все, что я хотела сказать. Поэтому ждал.
— Я знаю, что время, когда мы были в разлуке, многое изменило, — продолжила я. — Знаю, что мы прояснили ситуацию. Но я просто хочу убедиться, что ты не делаешь того, чего не хочешь, лишь бы удержать меня. Есть веские причины, по которым ты не хочешь вступать в брак. Более чем обоснованные. И до недавнего времени они были конкретными. И все же теперь ты соглашаешься не только на свадьбу, но и на то, что на этой свадьбе, скорее всего, будет петь давно ушедшая на пенсию поп-группа, и на которой будет присутствовать много-много людей, — я прикусила губу. — Это… очень странно.