Она думала, что после занятия любовью Бенедикт захочет немного отдохнуть, но она глубоко заблуждалась. Не прошло и минуты, как он снова принялся целовать и ласкать ее. Только теперь он был ещё ненасытнее, и долго и планомерно начал изводить ее любовной игрой. Он то поддразнивал ее легкими, почти невесомыми прикосновениями, то впивался в кожу страстными поцелуями. При этом его руки властно сжимали ее тело. Не осталось ни одного дюйма, которое бы он не исследовал. Но и Джейн не уступала ему. С неудержимой страстью она отвечала на все его поцелуи. Она и сама не раз крепко обнимала его, опускала руки на твердые ягодицы и заставляла его ещё теснее прижиматься к ней. В такие мгновения он врывался в ее тело и дарил ей блаженство. Они снова и снова упивались близостью друг с другом и ещё не скоро успокоились.
Когда же сил больше ни на что не осталось, а разгорячёнными телами владела приятная слабость, Бенедикт притянул к себе Джейн и крепко обняв, уткнулся ей в шею. В ответ на его объятия, она ещё теснее прильнула к нему, и находясь в нежных и заботливых руках, почти сразу же заснула. Джейн была убеждена, что теперь ничто не способно их разлучить. Теперь они стали одним целым.
Глава 54
Бенедикт проснулся и тут же его взгляд остановился на соблазнительном обнаженном женском теле. Джейн лежала чуть поодаль и сейчас его взору открывалось поистине прекрасная картина. Медленно скользя по ней взглядом, он любовался стройной спиной, узкой талией, округлыми бедрами и красивыми ногами. Ее волосы разметались по подушке, завершая совершенное зрелище.
Бенедикт улыбнулся и протянув руку, коснулся кончика ее пряди. Вчера, когда он уехал в город, ему не потребовалось много времени, чтобы всё для себя понять.
После того как он отправил письма, он зашел в кондитерскую, чтобы выпить чаю и спокойно все обдумать. Он почему-то решил, что будет долго мучиться, решая, как к нему относится Джейн. Но к своему удивлению слишком быстро все осознал. Он даже удивился, что столько времени не замечал очевидного и был слепцом. А ещё точнее, идиотом!
Он ведь прекрасно знал, что Джейн была не из тех женщин, что умела притворяться. Она никогда не скрывала своих чувств. Если ей кто-то не нравился, она всем своим видом показывала это. Сколько раз в прошлом она демонстрировала ему свою неприязнь? Но не сейчас! Сейчас всё изменилось. Она изменилась!
Джейн тянулась к нему и накануне вечером даже не побоялась при всех выразить ему свои чувства. И это было целиком и полностью ее желание. Он ведь совершенно ни к чему ее не принуждал.
Да, если Оливер был рядом, они старались делать вид, что любят друг друга и наслаждаются семейной жизнью. Но никто не заставлял Джейн продолжать проводить с ним время когда они оставались одни. Она постоянно что-то предлагала ему, делилась всем, что было у нее на душе, рассказывала о своей жизни. А он? Он думал, что она всё ещё притворяется!
Если бы Бенедикт сейчас сидел один, то совершенно точно стукнул бы себя по лбу. Ему нужно перестать вести себя как полный тупица. Он тут же решил, что по возвращении поговорит с Джейн и скажет, что по-прежнему любит ее, и что она нужна ему.
Бенедикт опустил взгляд на остатки чая и долго смотрел на самое донышко чашки. Конечно, между Джейн и им всё ещё стоял Уильям. Хотел он признавать это или нет, но Джейн спала с ним. Спала. Но весь вопрос заключался в том: а мог ли он простить ей измену и просто забыть об этом? Бенедикт не знал, как ответить себе на этот вопрос. От осознания, что она отдавалась другому мужчине в груди неприятно давило, а руки сжимались в кулаки.
В тоже время, чего он добьётся, если попытается вывести ее на чистую воду? Что услышит? Слова извинения? Раскаяния? Но что это изменит? Да ничего! Измена состоялась, Джейн согрешила. Возможно она уже и сама сожалела о своем проступке. Она ведь теперь была рядом с ним. С нежностью смотрела на него, искала его общества. И стоило ему только сделать к ней шаг, как она будет всецело принадлежать ему. Так не лучше ли перестать думать о ее связи с Уильямом? Он просто простит ее. Молча. В душе. В сердце.
Настроившись на разговор с Джейн, Бенедикт отправился домой. И какого же было его удивление, когда на дороге, в проливной дождь, чуть не столкнулся с ней! Позже, когда они оказались в доме и он смотрел в ее красивое лицо, почувствовал нестерпимое желание прижать ее к себе и поцеловать. В тот момент он был уверен, больше ничто не могло помешать ему обладать ею. Джейн будет его!
Бенедикт ещё шире улыбнулся, когда вспомнил прошедшую ночь. Джейн была безудержна. Она совсем не стеснялась его. Ее губы касались его губ. Она целовала его лицо, грудь и даже живот. Она нисколько не уступала ему в страсти. Она любила его.
Не выдержав, Бенедикт придвинулся к ней, обнял и поцеловал в плечо. Джейн тут же заворочалась и что-то промычала. Теперь он поцеловал ее в ушко. Она открыла глаза. Он накрыл ее грудь рукой.
— Бенедикт, — выдохнула она.
