Из-за того, что Джейн чувствовала себя ужасно неловко, от смущения не могла поддерживать беседу ни с одним из гостей. На Бенедикта она тем более не осмеливалась поднять глаза, боясь, как бы он не заметил, что рука брата опущена под скатерть. Сейчас Джейн ненавидела Уильяма. Он совсем потерял голову!
Когда, наконец, с ужином было покончено и гости стали подниматься со своих мест, Джейн резко схватила его руку и с силой сбросила с себя, а затем так же быстро встала. Но он все таки успел шепнуть ей на ушко:
— Ты сводишь меня с ума.
Она притворилась, будто ничего не услышала и с невозмутимым видом последовала за Бенедиктом в большой зал.
Джейн не понимала, зачем Уильям ведёт себя так вызывающе. Ведь кто-нибудь мог увидеть или услышать то, что он говорил и делал. Как ей потом оправдаться? Как бы сильно она не любила его, но подобные выходки были ей совсем не по душе.
Графиня объявила, что джентльмены могут приглашать дам исполнить с ними танцы, так как совсем скоро начнут играть приглашенные ею музыканты.
Джейн не сомневалась, что первым получит приглашение от Бенедикта. Сегодня она даже желала, чтобы только он был ее единственным партнёром. Она до дрожи в теле боялась получить приглашение от Уильяма. После пытки, которую он устроил ей за столом, она не знала, что ещё от него ожидать. Конечно, она могла отказать ему, но хватит ли ей для этого сил? Всё внутри неё тянулось к нему.
К несчастью, ее желанию не суждено было сбыться. Оказалось, Бенедикт пригласил на второй танец леди Беккер, и как только он ушел к своей партнёрше, Уильям тут же оказался рядом.
— Леди Джейн, вы же не откажетесь исполнить со мной следующий танец? — произнес он достаточно громко, так, чтобы рядом стоящие гости услышали его слова.
Он снова не оставил ей выбора! Джейн с упрёком посмотрела на него. У нее не было веской причины отказывать ему, так как танцы только начались и она вряд ли уже успела устать, но при этом ей владел страх, что он каким-либо образом скомпрометирует ее.
— Конечно, я исполню с вами этот танец, — всё же пришлось согласиться ей.
Пары выстроились в ряд. Джейн обрадовалась, что они оказались от Бенедикта на другом конце зала. По крайней мере он не сможет что-нибудь заметить, если его брат снова поведет себя непристойно.
Стоя друг на против друга, Уильям не сводил с Джейн глаз. Его взгляд отчётливо говорил ей, что он не просто так пригласил ее на танец, и как только они сблизились, тут же с жаром произнес:
— Ты скучала по мне, любовь моя?
Джейн испуганно завертела головой, боясь, чтобы кто-нибудь из танцующих пар не услышал его слова.
— Перестань! — хоть и с улыбкой на лице, сквозь зубы процедила она.
— Я все дни думал о тебе, — не унимался Уильям.
— Ты не должен так себя вести.
— Если хочешь, чтобы я прекратил… — он сделал паузу, так как пришлось обернуться вокруг своей оси. — То через два танца жду тебя на террасе.
— Ни за что! — не раздумывая ответила она.
— Тогда не проси меня остановиться. Я слишком долго этого ждал.
Они снова разошлись.
— Так ты всё ещё любишь меня? — принялся Уильям снова мучить ее, как только они оказались рядом. — Все эти дни я грезил тобой. Джейн… — его голос слегка повысился и его уже могли слышать соседние пары.
Вот теперь она не на шутку перепугалась.
— Ладно, я приду, — перебила она его, чтобы он только замолчал.
Уильям тут же закрыл рот, показывая, что готов подчиниться. Так, до конца танца, он больше не произнес и слова.
Джейн не хотела показать ему, и уж тем более остальным, как сильно была взволнована. Сердце, лучше всякой музыки, отбивало свой бешенный ритм. Она буквально вся горела. Внутри неё происходила настоящая борьба. Соблазн был так велик! Ей вдруг отчётливо вспомнилось то время, когда она ещё надеялась получить от Уильяма предложение руки и сердца. Тогда он открыл ей неведомое наслаждение от прикосновений, объятий и поцелуев. Ее тело жаждало вновь испытать эти приятные ощущения. Джейн не знала, что это был за огонь, горящий в каждой клеточке ее существа, но она прекрасно понимала, что если поддастся ему, то окончательно и бесповоротно сгорит. От ее чести и совести останется один лишь пепел. Как же трудно было сопротивляться своему коварному сердцу!
Глава 32
Джейн стояла возле Бенедикта и невидящим взором смотрела в одну точку. Она не знала как поступить. Точнее, разум совершенно определенно говорил ей одно, а сердце другое. Она испытывала настолько сильное напряжение, что ей всё больше не хватало воздуха. С каждой минутой дыхание становилось все более тяжёлым и шумным. Нет! Нельзя идти на поводу чувств, твердила она себе. Но как же сладок запретный плод! Он буквально притягивал к себе. Уильям, как настоящий змей, искушал ее, а она, подобно Еве, собиралась поддаться и испробовать этот плод на вкус.
Джейн всё сильнее испытывала напряжение: лицо, ладони, стопы, всё горело от запретного желания. Ей нестерпимо захотелось прижаться к чему-то холодному. Как же здесь душно! Вдруг, ей стало казаться, что она стоит у разожжённого камина, жар которого нещадно опаляет ее.
