Джек резко отстранился, взял девушку за руки и развел их в стороны. При виде ее округлых грудей с розовыми сосками, тонкой талии и плавных изгибов бедер у него перехватило дыхание. Ее бледная кожа, казалось, светилась в тусклом свете лампы; когда же он взглянул на золотистые завитки меж ее ног, его накрыла обжигающая волна любви и желания. Это было нечто первобытное, почти дикое – и еще ни одна женщина не вызывала у него таких чувств. Он и раньше в этом не сомневался, но теперь абсолютно точно знал: Линнет – его женщина! И он будет защищать ее, оберегать и заботиться о ней до конца жизни.
Джек безумно хотел ее, но знал, что обязан сдерживаться. Он хотел сделать первую ночь для нее приятной и красивой – даже если это его убьет.
Еще раз поцеловав Линнет, Джек подвел ее к кровати.
– Ложись, – прохрипел он.
– Ты об этом говорил тогда в кустах? – спросила она.
– Похоже, я слишком много наговорил в тех кустах, – пробурчал Джек.
Когда Линнет уже лежала на светло-зеленом покрывале, Джек замер на мгновение и сказал:
– А ведь слуги, как правило, видят больше, чем нам хотелось бы…
Он осмотрелся и заметил на полу полотенце, которым вытирал с лица мыльную пену. Полотенце вполне могло затеряться… и больше никогда не найтись.
– Что же ты, Джек? – Линнет явно не могла понять, почему он медлил.
Граф поднял с пола полотенце и вернулся к кровати.
– Приподними бедра, – сказал он.
Когда девушка подчинилась, Джек подложил полотенце ей под ягодицы.
– Зачем? – удивилась она.
– Объясню позже.
Он взялся за верхнюю пуговицу брюк, но тут же, еще раз покосившись на роскошное тело девушки, решил не торопиться с брюками – способности мужчины противостоять искушению весьма ограничены, а Джек прекрасно понимал, что сейчас ему потребуется предельная выдержка. Поэтому в брюках будет надежнее.
Он лег рядом с Линнет, повернулся на бок и принялся ласкать ее обнаженное тело. Она снова задрожала и глухо застонала, зажмурив глаза. Но в этот момент отвердевшая мужская плоть уперлась ей в бедро, и она, вздрогнув, открыла глаза.
– Джек, что-то не так? – В ее прелестных глазах промелькнула тревога.
Он никогда еще не занимался любовью с девственницей, но был вполне способен распознать страх. Нежно коснувшись ладонью ее щеки, Джек тихо сказал:
– Все в порядке, Львица. Доверься мне.
И он стал целовать возлюбленную, ожидая, когда страх ее покинет. Через несколько мгновений Линнет расслабилась, и Джек снова принялся ласкать ее груди. Заметив, что глаза девушки опять закрылись, а губы, наоборот, приоткрылись, он улыбнулся и немного сместился вниз. После чего начал целовать один из сосков, иногда чуть покусывая; другой же ласкал рукой. Линнет громко застонала, но тут же прикрыла рот ладонью, вероятно вспомнив о том, что следовало соблюдать тишину. Но было очевидно, что страх окончательно ее оставил – теперь она уже не боялась. Желая взглянуть ей в лицо, Джек поднял голову, а его рука в этот момент легла на восхитительный треугольник золотистых волос меж ее ног. Линнет вздрогнула, и ее глаза открылись.
– О Джек… – прошептала она, схватив его за руку.
– Не останавливай меня, – шепнул он. – Я об этом так долго мечтал… Позволь мне коснуться тебя там.
– Да, хорошо, – ответила она так тихо, что Джек едва расслышал; он даже не был уверен, что ответ прозвучал именно так.
Но тут Линнет отпустила его руку и немного раздвинула ноги. Палец Джека тотчас скользнул между нежных складок. Она была влажной и горячей, но он понимал, что девушка еще не готова была принять его. Поэтому он продолжал ласкать ее, наблюдая за ее реакцией. Наконец глаза Линнет снова закрылись, дыхание участилось, а бедра стали приподниматься навстречу его руке. Зная, что Линнет возбуждали слова, Джек проговорил:
– Тебе ведь нравится, да?
Линнет слышала вопрос, но была слишком взволнована и не смогла ответить. Она даже представить не могла, что какой-нибудь мужчина будет прикасаться к ней в таком интимном месте. Когда Джек говорил, что хочет касаться ее, она не думала, что речь шла именно об этом.
– Тебе нравится? – повторил он. – Я хочу доставить тебе удовольствие.
Не дождавшись ответа, Джек убрал руку.
– Нет! – воскликнула Линнет. Ее бедра приподнялись. – Нет, Джек!
– Нет? – насмешливо переспросил он. – «Нет» – это значит, что тебе не нравится?
– Нравится! Нравится! – Линнет едва дышала – беззащитная жертва любовных ласк.
Теперь она то и дело приподнималась навстречу его руке, чувствуя, что наслаждение становится все более острым. Не удержавшись, Линнет громко застонала и тут же подумала: «Вот, оказывается, что имел в виду Джек, призывая к тишине».
Он сразу прижался губами к ее губам и прошептал:
– Тише, Львица.
Опомнившись, Линнет прикусила губу, но попытка соблюдать тишину, казалось, еще больше усилила предвкушение – она чувствовала, что ее тело желает чего-то большего, но не знала, чего именно. А наслаждение все усиливалось и вскоре стало настолько острым, что она тихонько всхлипнула.
– Все правильно, любовь моя, – шепнул Джек. – Ты уже почти готова. Ну же, давай!
