— Это…магическое подражание, — Крина медленно проговаривала слова. — Существует…манера поведения, когда люди отражают движения и поведение других в подсознательных попытках установить взаимопонимание.
Гарри с любопытством подумал, знает ли Том, что именно это он делал с Криной несколько секунд назад.
— Нет, — холодно сказал Том. — Это было…синхронизировано.
Крина смотрела то на Тома, то на Гарри, и ее взгляд скользил по их печальному состоянию. Том, с запекшейся у линии роста волос кровью, и Гарри с повязкой на руке. Крина посмотрела на них, а затем заговорила дальше.
— В маггловской медицине есть… Зоны нашего мозга и разума, которые влияют на наше поведение, основываясь на действиях, выполняемых другими. Зеркальные нейроны, они помогают в наших физиологических механизмах сцепления действий. Наше понимание того, что такое действия и как это происходит.
— Мне все равно на.… — Том помолчал, сморщив нос с выражением отвращения. — Маггловскую науку.
— Ты удивишься, — сказала Крина, — но это не только…экзорцизм и питье растворителя для краски.
Том сделал легкое движение. Гарри не мог понять, пожал ли он плечами или вздрогнул.
— Возможно, что-то в этом роде. Зеркальные нейроны, к сожалению, попадают в область маггловских исследований, которые лучше всего отражает нейробиология. Конечно, никаких исследований магических взаимодействий не проводилось, и у меня нет ресурсов для их изучения.
— Что вам нужно, чтобы заполучить эти ресурсы? — спросил Том спокойно и холодно. Весь язык его тела все еще был… неестественным, словно он необъяснимо пристыжен или раздражен, или какая-то смесь и того и другого.
— Год с дюжиной экспериментальных исследований, — усмехнулась Крина. — Это невозможно. Чистая спекуляция с моей стороны, но я всегда рада экспериментировать …
— Нет, — тихо прорычал Том, — я отказываюсь.
И на этом все закончилось.
— У меня были свои проблемы, — сказал Гарри, на мгновение почувствовав себя храбрым. — С…
Гарри резко поднял руку. Кончиками пальцев он провел по челке, поправляя ужасную коровью копну черных волос, чтобы показать ненавистный шрам. Он знал, что Крина все понимает, хотя ее глаза никогда не отрывались от его глаз на лоб, из уважения.
— У меня были… видения, и…мне было больно когда. он был рядом и…
— С тех пор не было больно? — спросила Крина. — Никакого двоения в глазах — или скорее, двойной перспективы? Никаких навязчивых или наложенных мыслей?
— Э-э, нет. Ничего из этого, — сказал Гарри, уже чувствуя себя немного сбитым с толку. Никогда еще его так тщательно не допрашивали. Обычно медиведьмы и волшебники просто махали палочкой и раздраженно хмурились, когда ничего не происходило.
— Профессор Дамблдор говорит, что это отголоски из-за того, что я был поражен смертельным проклятием.
Том резко поднял глаза и тупо уставился на Гарри. То ли он удивил Тома, то ли каким-то образом оскорбил его.
— Ладно, не обращая внимания на то, что Дамблдор и все остальные в этом абсолютно отсталом обществе говорили тебе, были ли у тебя провалы во времени? Часы пролетали незаметно, и ты не помнил, что ты делал?
— Нет, — ответил Гарри, — иногда я… чувствую…эмоции.
Впервые в жизни медицинская ведьма не смотрела на него с жалостью.
— Какие именно эмоции?
— Почему это так важно? — спросил Том, прерывая это странное родство, которое происходило у него на глазах. — Эмоции непостоянны…
— Эмоции создаются различными химическими реакциями в нашем мозгу. В зависимости от того, какие эмоции ощущаются, я могу определить, какие химические вещества подвергаются воздействию. Так действуют зелья, Том, — сказала Крина почти покровительственным воркованием.
Том надулся, явно не привыкший быть не в курсе.
— Счастье, — тихо сказал Гарри. — И когда он злится. Разочарован или доволен. Это очень больно. Иногда мой шрам кровоточит, и он всегда красный, как когда тебя ужалит …
— Все в порядке, — Крина выглядела немного растерянной, но совсем не такой потерянной, как другие, что Гарри видел уже много раз. — Существуют различные химические вещества, о которых вы не знаете-норадреналин, например, играет ключевую роль в нескольких функциях. Повышенная активность приводит к мании и играет определенную роль в восприятии боли. Я полагаю, что ваш мозг-довольно интересное место, мистер Поттер, но я не сомневаюсь, что ваши страдания никоим образом не являются… остаточным эффектом шрама от проклятия.
— Что?
— Шрамы от проклятий реагируют и воздействуют на наше магическое ядро, твоё же кажется изолированным, за исключением различных случаев, когда ты получаешь к нему доступ — как тогда, когда повлиял на Тома, если моя догадка верна, — Крина посмотрела на Тома с совершенно серьезным лицом. — Испытывал ли ты какие-то посторонние эмоции и боль во время инцидента с ножом или того случая, в который вы оба попали прошлой ночью?
— Да, — подумал Гарри.
— Нет, — резко сказал Том. — А теперь уходите.
О, Крине это не понравилось.
