— Я удивлен, что ты тут бываешь. Лес опасен, — сказал Том, проводя руками по коре дерева. Некоторые деревья возвышались над ними, словно солдаты или часовые, наблюдавшие за их приближением. Гарри подумал, не потому ли Том чувствовал себя так непринуждённо здесь, под взглядами высоких башен и сотен солдат-деревьев, стоящих на страже.
— Ну, большую часть времени я пробирался тайком, — сказал Гарри. — Это было не так уж плохо. Ну, в мой первый год здесь мы должны были найти единорога и встретили… призрака. Потом был акромантул, который пытался съесть меня и Рона. Потом был ещё Л… оборотень, и сотни дементоров, и…
— Хорошо, что я здесь, — многозначительно оборвал его Том. С тех пор он больше не обращал на него внимания.
Они шли через лес, такой тёмный от теней высоких верхушек деревьев, что они вытащили палочки, чтобы осветить себе путь. Лесная подстилка кишела жизнью: маленькие паучки, бурундуки и травяные змеи что-то бормотали молчаливым гостям. На свободе было спокойно, даже Том выглядел более непринужденно.
Они продолжали идти туда, где Хагрид когда-то показывал Гарри Гиппогрифов. Вместо этого, на них сейчас смотрели высокие скелетообразные лошади с жуткими молочными глазами. Хлопая скелетообразными крыльями, они наклонили свои драконьи головы и с любопытством приблизились.
— Фестралы, — объяснил Том одним резким словом. — Они не стареют. Те самые, которых я знаю, с тех пор как у вас в замке не было смертей.
— Что это значит? — спросил Гарри, отчасти шокированный, отчасти встревоженный. К нему с любопытством приблизился конь — фестрал. Высокие изогнутые надбровные дуги напоминали натянутую на барабан кожу. Слегка скользкая, но мягкая и теплая под кончиками пальцев.
— У них есть вожак, её зовут Милацедес, — сказал Том, как будто это могло хоть что-то объяснить. — Я бы сказал, что у нее самый громкий голос, но она никогда не говорит ничего полезного.
— Странное выражение, — подумал Гарри, но спросить об этом не мог, потому что один фестрал покусывал край его плаща.
Они были прекрасными существами, но в печальном смысле. Страшные, ужасающие, но красивые. Что-то вроде одинокого лебедя или цветка, распускающегося при приближении мороза. Том не проявлял особой нежности к животным, и он не проявлял никакой привязанности и к этому животному. Том вытащил сюда Гарри по какой-то неизвестной причине. Возможно, он был так же одинок, как и Гарри.
— Я… — Том многозначительно замолчал, втягивая воздух носом и напрягаясь всем телом. — Ты убил василиска.
В его словах не было сомнения. Было недоверие, любопытство, затем зарождающееся осознание ужаса. Гарри не слышал, о чем говорила травяная змея, но вполне возможно, что она и рассказала это ему. Акромантулы знали о василиске, и сейчас они густо размножились по всему лесу.
Дерьмо.
— Василиск, — прошипел Том. — Ты убил чудовище Салазара?
— Он пытался убить меня! — защищался Гарри. — Я имею в виду, я думаю, что это было оправданно.
Том уставился на него. Фестралы останавливаются, издавая странные гулкие звуки, когда ищут насекомых или мясо на земле. Один фестрал, более старый и обветренный, издал впечатляющий дребезжащий звук м-боааа, прежде чем пуститься рысью. Лицо Тома слегка дрогнуло.
— Ее звали Адалонда, и ты убил ее. — невозмутимо сказал Том. — Я…
— Зол? Я, как правило, обычно раздражаю многих людей.
— У меня нет слов, — яростно прошипел Том. — Я…я возвращаюсь в замок.
— Что? — возразил Гарри. — Но мы только что пришли…
— Это было до того, как я узнал, что ты, черт возьми, убил василиска!
Гарри пришлось бежать, чтобы не отставать, что-то в этой ситуации забавляло его в какой-то степени. Том Риддл, Темный Лорд на пробежке, разобиженный да такой степени, что мог бы проложить прямой путь сквозь деревья обратно в замок своими надутыми губами.
Ученики снаружи с любопытством наблюдали за ними; одноклассники, которые знали Гарри, просто закатили глаза и проигнорировали это. Гарри давно уже должен был разыграть какую-нибудь драму, а новый студент был настоящей загадкой для большинства из них.
Гарри почти запыхался, когда добрался до вершины холма. Том тоже тяжело дышал, но сделал вид, что это пыхтение от гнева, и продолжил штурмовать замок.
— Эй, Гарри! — кто-то помахал ему — Фред Уизли. Он сидел возле внешнего двора, а Джордж примостился в одной из арок, ведущих в сам замок. Он легко мог наблюдать мрачную вспышку гнева Тома, а также раздражение Гарри.
— Постарайся не оказаться в этом году в больничном крыле! — ободряюще крикнул Джордж. — Это будет рекорд!
— Но если ты все-таки окажешься там …
— …Мы пришлем тебе сладостей с пира!
Оба близнеца рассмеялись, а Гарри помахал им в ответ, уже зная, что удача на его стороне.
— Я буду стараться изо всех сил!
Близнецы подбадривали его, радостно махая руками, и Гарри поспешил за Томом.
***
