Вчерашняя парочка, судя по всему, так и лежала, как ее тут сгрузили.
— Знаете, я даже как-то разочарован, что ли, — убедившись, что девушки меня заметили, начал я. — Все-таки от ниндзя-тян как-то большего ожидаешь. Ну там коварства всякого и изворотливости. Не то чтобы я хотел, чтобы меня и впрямь прямо во сне прикончили. Но хоть попытаться-то сбежать вы могли? А?
Одна из девушек что-то промычала сквозь кляп.
— И что, это твое оправдание? Правда думаешь, что это убедительно сейчас прозвучало?
Со вздохом я открыл дверь и обратился к охраннику:
— Нож есть? Дай.
— А… — матрос поколебался, но все-таки вытащил из ножен на поясе короткий кортик. Чуть помедлил и протянул мне. — Господин, а может не надо? Женщины все-таки…
— Надо-надо, — буркнул я. Взял кинжал и закрыл дверь. И только тогда задумался, а что, по его мнению, я тут делать-то собрался? Хм.
Кажется, пленницы тоже меня в чем-то подозревали. Не хорошем. Потому как при моем приближении с оружием в руках как-то уж очень взбодрились и заволновались. Заелозили.
— Ну вот, можете же. А чего раньше просто валялись? А ну не дергайся! — я схватил за веревки ближайшую и принялся перерезать их.
— Так, кому сказал не дергаться? — я отвесил никак не желавшей слушаться девушке шлепок по жопе.
Фиг блин что-то перережешь в таких условиях.
Лезвие то и дело соскальзывало. А одежды там было раз-два и обчелся. Ну не считать же эти короткие халатики-кимоно в облипку за одежду? Запросто порежу случайно.
Девушка сдавленно ойкнула, но возиться прекратила. Наверное, больше от удивления. И дело сразу пошло на лад. Я перерезал веревки на руках и ногах и перешел ко второй.
— Тебя сразу выпороть? Или будешь хорошей ниндзей и дашь мне себя освободить? Что? Не, так дело не пойдет. Ни черта не разобрать. Давай так, одно мычание — начинаем с порки, два — “я — хорошая девочка и буду слушаться”.
Рядом застонала первая пленница. С трудом она выпуталась из остатков веревок и сейчас растирала затекшие конечности.
— Я не с тобой разговариваю, — махнул я кинжалом в ее сторону. — Насчет твоих предпочтений я и так уже все понял.
Она обожгла меня взглядом, но промолчала. Вот что своевременные воспитательные меры творят.
Я снова повернулся ко второй. И она старательно промычала. Два раза подряд. Я вздохнул.
— Уверена? Мне не сложно. Ну, раз уверена, тогда лежи смирно.
Наконец, с веревками было покончено. Как раз к тому момент, когда раздался стук в дверь. Я запустил матроса. Тот хмуро глянул на освобожденных пленниц, но комментировать не стал. Донес поднос и переставил его содержимое на стол. Две миски каши. Кажется, пшенной. Горячей. Пару ложек. Кувшин с водой и две кружки.
Я закрыл за ним.
— Давайте я сразу объясню, что будет дальше. Я сейчас предложу вам пройти к столу и позавтракать. Если я услышу какие-то возражения, вопросы и прочую лабуду насчет еды или воды, я сразу зову того парня обратно. Он собирает и уносит это все. Вас снова связывают. А я иду заниматься своими делами. Когда вас решат в следующий раз покормить, это уже вопрос к властям Афин. Итак, мамзели. Кушать будем? Садимся жрать, пожалуйста.
Девушки переглянулись. Потом на меня поглядели. Снова переглянулись. Отшлепанная упрямо дернула головой. А вот вторая бросила на меня еще один взгляд исподлобья и аккуратно начала сползать с кровати.
Ну да, видать изрядно позатекало все.
Я вздохну и поглядел на неподвижную девушку.
Вот вроде и пытаешься быть спокойным и рассудительным. Вежливым даже. Но ведь пока не отшлепаешь, дело с мертвой точки не сдвинется.
Несколько секунд мы мерялись взглядами. А потом она все-таки последовала за подругой.
— Вот и умницы.
Я дождался, пока парочка усядется за столом и примется за завтрак. И тогда чуть подвинул кресло, чтобы лучше их видеть, и расположился в нем.
Та, которая непослушная — хм, буду звать ее Злюкой — то и дело оглядывалась на меня. Первая же — ну, не знаю, пусть будет Зайка — уплетала кашу только так.
Это не заняло много времени. Что там есть-то было? Тем более с голодухи. Я, кстати, и сам ощутил, что не прочь бы подкрепиться, пока за ними наблюдал.
Аппетит приходит во время еды, это да…
Когда они закончили, то снова переглянулись. И развернулись ко мне. Молча. Ну, я тоже молчал.
— Чего тебе от нас надо? — первой не выдержала Злюка.
— Мне? Ничего не надо.
— Ну, конечно! Думаешь я не знаю, зачем все это? — она указала на пустые миски позади.
— Чтобы вы поели? — предположил я.
— Как же! Надеешься, что мы все тебе выложим за жалкую порцию каши? Даже не мечтай!
— Она всегда такая? — я повернулся к Зайке.
Та пожала плечами.
— А ну не переводи тему! Ты, гнусный негод…
Сквозь дверь в каюту решительно шагнула Мира.
— Вот ты где! Да я его по всему кораблю ношусь ищу! А он тут с бабами, значит, устроился?!
— А-а-а-а! — завизжала Злюка.
— Спасайтесь, это ёкай! — в тон ей заголосила Зайка.
Обе вскочили и отступили вглубь каюты, подальше. При этом Злюка схватила за спинку стул, выставив перед собой. А Зайка хоть и испуганно, но воинственно размахивала ложкой.
Входная дверь распахнулась и в комнату влетели матросы с дубинками наперевес.
— А ну стоять!
