Священник медленно сомкнул пальцы на круглой пористой кости. В тот же самый миг он почувствовал, что по его телу бежит не боль, но горячая, заполняющая все его существо волна, как нега, окутывает его, и он чувствует себя так спокойно и умиротворенно, как никогда до этого. Подобное, наверное, испытывает лишь ребенок в утробе матери: ни волнений, ни боли, ни голода, ни жары, ни холода.
— Я слышу тебя, отец, — раздался в его голове голос Кйорта, чуть искаженный, более хриплый и словно потускневший, но, без сомнения, его. — Не пугайся и не пытайся говорить, как обычно. Достаточно мыслить. Аарк считает твои мысли, а я услышу. Помнишь, я рассказывал, что научился этому, а ты даже не поверил поначалу?
— Помню, — священник внутренне улыбнулся и почувствовал, как его собственное тепло переливается через аарк в руку ходящего, — ты потом бегал за мной целый вечер.
— Хорошо, — тепло полилось в обратном направлении. — А теперь расскажи мне все.
— Сын мой. Мой сын. Кйорт. Я знаю, как ты относишься к предсказаниям, но, прошу тебя, в этот раз выслушай меня крайне внимательно.
— Я слушаю. Говори, говори, — Кйорт наклонился к отцу, словно они перешептывались, боясь, что их услышат.
— Кйорт, Грюон видел грядущее.
— Он не может, — удивился Кйорт. — Я видел его нити.
— Не сам, конечно. Но ему служит какой-то очень сильный пророк. Чрезвычайно сильный, во много раз лучше меня. Я всего лишь сопливый младенец по сравнению с ним. Он не только видит грядущее, он способен бродить во снах, смотреть и выбирать, что смотрит. Как-то я видел эхо, созданное его видением, тебе знаком этот феномен?
— Конечно.
— И благодаря ему я видел, что ты будешь у самой Глоти. Видел твою встречу с Грюоном. И видел, что ветка предначертанного, на которой ты стоишь, запущена кем-то иным. Не этим предсказателем и не мной. Это я рассказал кардиналу, что ты будешь там. Я думал поступить, как и все ходящие, — перекроить предначертанное. Ничего не вышло. Оно исполнилось в точности. Даже Стрелы Мертвых появились. И притом я ориентировался лишь на эхо.
— Я понял, предсказатель настоящий, каких мало. Возможно, видит Истину, а не наветы местных божков. Что дальше? — Кйорт сделался серьезен.
— Кйорт, мальчик мой, это еще не все. Свои предсказания этот пророк передает кардиналу через кардараха.
— А вот тут я удивлен.
— Он когда-то был моим. Ты должен помнить его.
— Несчастный, — горько улыбнулся Кйорт.
По аарку побежал прохладный ветерок.
— Он полез за тобой в переход?
— Да. Но послушай. То, что я видел, мне передал кардарах.
— Значит, пророк не лгал и ничего не добавил от себя. Хорошо, я учту.
