Здесь было много знаменитостей, людей, известных в своей области. Их жены были богато одеты, с чопорно поджатыми губами. Каждая, казалось, обладала неоспоримым правом на ту область искусства, в которой проявил себя ее муж. Каждая ревностно оберегала эту монополию, бросая негодующие взгляды на остальных. Почти все присутствующие были знакомы. В зале царила атмосфера общего собрания, театральной премьеры и семейного пикника одновременно. Присутствующих не покидало ощущение, что они пришли на встречу старых знакомых.
Стивен Мэллори, Остин Хэллер, Роджер Энрайт, Кент Лансинг и Майк сидели вместе в одном углу. Они старались не смотреть по сторонам. Майк волновался за Стивена Мэллори. Он старался держаться к нему поближе, настояв на том, чтобы сесть рядом с ним, и посматривал на него всякий раз, когда до их слуха доносились особо обидные реплики. Мэллори наконец заметил это и сказал:
– Спокойней, Майк. Я не буду кричать и никого не застрелю.
– Следи за собой, мальчик, – заметил Майк, – следи за собой!
– Майк, помнишь тот вечер, когда мы засиделись почти до самого утра? В машине Доминик кончился бензин, автобусы уже не ходили, и мы решили пойти домой пешком. Солнце уже освещало крыши, когда мы добрались до дома.
– Помню. Ты думай об этом, а я буду думать о гранитной каменоломне.
– Какой еще каменоломне?
– Мне там было очень плохо однажды, но потом оказалось, что, по большому счету, это не имело ровно никакого значения.
Небо за окнами было белым и плоским, как заиндевевшее стекло. Свет, казалось, исходил от шапок снега на крышах и карнизах. Он казался неестественным, из-за него все в зале выглядело оголенным.
Судья сидел на своем возвышении, нахохлившись, как петух на насесте. У него было маленькое сморщенное личико, казавшееся добродетельным из-за сети покрывавших его морщин. Руки он положил прямо перед собой, соединив кончики пальцев на уровне груди. Стоддард не пришел. Его представлял высокий, красиво-осанистый, похожий на посла адвокат.
Рорк сидел в одиночестве за столом защиты. Публика внимательно разглядывала его. Его поведение не оправдывало ожиданий, это всех рассердило, и его перестали рассматривать. Он не казался подавленным, но и не вел себя вызывающе. Он выглядел бесстрастным и спокойным, как будто слушал музыку в собственной комнате, и совсем не походил на человека, находящегося в центре всеобщего внимания. Он не делал никаких пометок. На столе перед ним лежал лишь большой коричневый конверт. Толпа может простить что угодно и кого угодно, только не человека, способного оставаться самим собой под напором ее презрительных насмешек. Некоторые из присутствующих пришли сюда, настроившись пожалеть Рорка, но с первых же мгновений все возненавидели его.
Адвокат истца изложил дело в кратком вступительном слове. По его словам, Хоптон Стоддард действительно дал Рорку полную свободу в строительстве и отделке храма. Но дело было в том, что мистер Стоддард ясно дал понять, что ему нужен храм; здание же, о котором идет речь, едва ли можно назвать храмом, руководствуясь общепринятыми требованиями, предъявляемыми к подобным постройкам. Именно это адвокат и хотел доказать с помощью самых известных авторитетов в области архитектуры.
Рорк отказался от права выступить перед присяжными со вступительным словом.
Первым свидетелем со стороны истца был Эллсворт М. Тухи. Он сел на краешек стула перед столом присяжных и, облокотившись на спинку, закинул ногу на ногу. Казалось, что происходящее его забавляет, но ему удалось дать понять, что его поведение – лишь попытка воспитанного человека скрыть, как ему это все наскучило.
Адвокат задал целый ряд вопросов, касающихся его профессиональной подготовки, выяснил даже количество проданных экземпляров его книги «Проповедь в камне». Затем он зачитал вслух статью Тухи «Святотатство» и попросил его подтвердить, что статья написана им. Тухи подтвердил. Последовала серия вопросов, касающихся архитектурных достоинств храма. Тухи доказал, что таковых храм не имеет. Затем он сделал небольшой экскурс в историю. Он говорил свободно и легко. Он кратко охарактеризовал все известные цивилизации и их культовые сооружения, начав с инков, финикийцев и жителей острова Пасхи. Он упомянул даты постройки, число рабочих, занятых на строительстве, и приблизительную стоимость работ в американских долларах. Аудитория завороженно слушала. Тухи доказал, что храм Стоддарда противоречит любому историческому прецеденту.
