— Не могу сказать, что за три года многое изменилось, — пожал плечами Тео. — Может быть, всё не так плохо, как мы думаем — мы ведь не можем видеть каждого из людей. Или узнать, о чем думают они.
Он помолчал и прибавил:
— Даже если Йехар прав, и наш мир склонился к равнодушию — разве это можно исправить?
Здесь Тео с замечательной ясностью озвучил то, что не давало спать Дружине все последнее время. И смущенно замолчал, когда увидел, как вытянулось у меня лицо.
— Простите.
Я отмахнулась и в тридцатый раз принялась выпихивать из себя слова, которые уже приелись всем вокруг.
— Тео. Ты — источник магии этого мира. Если кто-то что-то сможет сделать — это…
— Это не так, — мягко возразил архивариус. — Не думаю, что я могу…
Тоже в тридцатый раз. Хотя теперь он прибавил кое-что еще.
— Ведь по вашей теории выходит, что какие-то силы — умолчим об их природе — наделили меня этими способностями для чего-то.
— Для чего-то?! — вскипела я, чувствуя, что еще немного — и Теодору все же понадобится корректировка внешности. — Ну ладно, пусть для чего-то. Тебе все не дает покоя то, что ты не можешь это контролировать?
Его ответ меня удивил.
— Отнюдь. Полагаю, со временем я бы смог понять, каким образом и с помощью чего можно производить стихию. Со временем. Со вр… — он осекся и виновато улыбнулся: — Проблема в том, что как раз в отношении ко времени эти высшие силы показали себя удивительно недальновидными, вы не находите?
Я отложила Справочник в сторонку, все равно он не желал ничего показывать. Судя по веселым голосам, долетавшим из соседней комнаты, Эдмус и Ыгх все же решили приняться за алхимика. Мимо прошествовал, тепло кивнув по пути, усталый Йехар. Ладно, теперь, по крайней мере, будет кому удержать Веслава.
— Ты сейчас о своем возрасте? — и уже договаривая, я поняла, что это не так. Догадка была мгновенной, и действовала я тоже быстро, без особенных раздумий: подняла руку и дотронулась до его щеки, глядя при этом особенным взором — взором целителя.
Мне, то есть, нам, хватило несколько секунд. Мою ладонь он отстранил от своего лица сам, мягко и деликатно, когда увидел, что я начинаю бледнеть и задыхаться. Заговорил тоже первым, сделав молчание коротким:
— Может быть, я смогу что-то предпринять… но мне почему-то кажется, это будет меньше того, чего от меня ожидают.
— Почему ты не… — я сглотнула ком в горле, сейчас это было ни к чему: — Не сказал?
— Я говорил вам, что вы ошиблись с моим определением, как мага или источника этого мира.
А разве мы ошиблись? Комок вернулся и прочно обосновался между грудью и горлом, вызывая назойливую, ноющую боль. Со временем Высшие силы просчитались основательно. У нас очень немного времени, сказал Йехар, до того, как этот мир не свалится в тартарары окончательно.
Правда, странник не учел, что по сравнению с нами у Теодора попросту времени нет.
— И давно…
— Достаточно, — Тео рассеянно поднес руку к виску. — Это обнаружилось еще при моей службе в Конторе, и на какое-то время я сам стал аномалией для медиков: когда они выяснили, что даже при нашем уровне развития медицины сделать едва ли что-нибудь можно…
При современном — нельзя. Но есть еще то, что они назвали аномалами, так? Я — один из них. Ладно, у меня не получается создать полноценного холодового щита, зато есть другая способность. Очень полезная.
— Ты ведь знаешь, что я сейчас…
— Да, — неестественно сиреневые глаза встретились с моими. Архивариус опять улыбался. — И не позволю вам этого сделать. Во-первых, потому что такая попытка может вас убить — вспомните Шукку. Во-вторых, против этого решительно возражал Веслав.
Алхимик, стало быть, как всегда в курсе. Конечно, он ведь говорил, что его тревожат обмороки нашего архивариуса и его зрение. Честное слово, даже сил сердиться на этих двоих конспираторов у меня нет.
— Спасайся, кто может!
Это было что-то вроде ответа на упоминание о Веславе. Из соседней комнаты мимо нас вихрем пронесся Эдмус, сжимая в руках крылатую жабу с очень обиженной миной.
— Расшевелили на свою голову, — отрапортовал он, задерживаясь перед тем, как выпорхнуть в другую дверь.
Вслед за парочкой появился Йехар. Этот спасал свою жизнь с достоинством и не забыл предупредить еще и нас:
— Лучше будет, если вы будете вне поля его видимости…
И с некоторой поспешностью, которая показала, что рыцарь все-таки приобрел кое-какие навыки осторожности, убрался за дверь.
А потом…
— Цикуту вам в глотку с вашими приколами! — Веслав хоть двигался и не на крыльях, но тоже очень быстро. Алхимик ураганом вылетел на середину комнаты, сжимая в пальцах что-то опасное на вид, замер, не найдя мишеней, и поинтересовался:
— Где эти… — и приправил сие таким словцом, что почти вывел меня из транса, а Тео, напротив, туда отправил.
— Где этот…?! — голос Виолы отозвался раздраженным эхом из другого помещения, и хотя для характеристики она использовала другое слово, в направлении фразы мало что изменилось.
