- Мой отец, как и я - был охотником, и дрессировал хантов. - начала Аларет. Ее взгляд был прикован к Стэфану. - Однажды, тренируя ханта, он зашел намного дальше, чем другие дрессировщики. Он учил ханта выслеживать добычу, приследовать, изматывая зверя, загонять и нападать. Папа говорил, что порой ему даже казалось, что хант просто потерялся и бежит неведомо куда, но вдали вновь показывался зверь, и хант устремлялся вперед. Так он пришел сюда, на эту поляну. Тут он встретил девушку, человека. Хант бросился на девушку, и мой отец побежал спасать ее. Она была в дворянском платье, на ее шее сверкали драгоценные украшения, достойные королевы. Ханта он успел остановить прежде, чем тот добежал до дворянки. Отец должен был прогнать ее из Леса, либо убить, если бы она не пожелала уйти. Но, отец полюбил ее с первого взгляда. Девушка настолько приглянулась ему, что мой отец некоторое время стоял и смотрел на дворянку, не в силах выдавить из себя ни одного слова. Конечно, он не сказал ей, что она должна убираться отсюда. - Аларет обвела поляну ладонью - Они разговорились и увлеклись друг другом. Говорили они долго, не сводя глаз друг с друга. Стемнело, наступила пора прощаться, отец провел ее к этому самому дереву - но отпустить ее руку он так и не смог. После проведенной вместе ночи она изменилась - взбесилась, закричала, что он ее соблазнил, испортил. Она оскорбляла его и плакала, заливаясь слезами. Громко проклиная его, она скрылась в стволе этого дерева, убежав тайным ходом. После этого отец еще не раз приходил на эту поляну, ведомый надеждой увидеть ее еще раз. Он мечтал увидеть ее вновь, объясниться, - Аларет помедлила, подумав немного, и продолжила - извиниться. Но ее больше не было. И все же, он иногда приходил сюда, лелея наивную мысль, что та женщина пожелает вновь увидеть его. В один из таких дней, его привел на поляну громкий лай ханта. Хант остановился и лаял на дерево, и в груди отца вздрогнуло пламя надежды. Отец, подбежав к нему и оттянув ханта в сторону, увидел у дерева плетенную корзину, в которой лежал крошечный младенец. Голодный, замерзший младенец, не имеющий более сил плакать. - Аларет отвернулась, сделав вид, что поправляет волосы. Они, как разлитые чернила, спадали на лицо и плечи дриады. Стэфан был не столь глуп, чтобы заострить на этом внимание или торопить ее. Он молча ожидал продолжения. Наконец, вздохнув, - в ее вздохе дрожали слезы, - она продолжила рассказ, однако, весь оставшийся час она просидела потупившись.
- Моя мать бросила меня у этого самого дерева умирать. - смело продолжила Аларет - Отец забрал меня в город, хоть это и было запрещено. Он противостоял правилам, хранительнице и общине. Он воспитал меня, выходил, научил всему, что я знаю и умею. Единственное, что напоминало мне о матери - это амулет, который она надела мне на шею, прежде, чем бросить. Я ношу его как напоминание о том, какой сильной я должна быть. Как стойко должна хранить наши земли от людей. Как безжалостна я должна быть с людьми.
- Может, она дала тебе этот амулет для того, чтоб потом найти тебя?
- Не знаю. Отец действительно ничего мне не рассказывал. Но если бы я ее встретила - я бы выбила из нее весь гонор. - дриада бросила на короля убийственный взгляд. Глаза Аларет приняли красный цвет. Стэфан наблюдал за ней с неподдельным интересом и сочувствием. Вдруг он словил себя на мысли, что хочет обнять и утешить девушку. Сосредоточившись на мгновение на своих чувствах, он понял, что трепещет от ярости и нетерпения.
- Почему тогда ты мне помогала? Я же человек, и сын той, которая бросила тебя умирать? - спросил Стэфан, когда ее глаза вновь стали бездонно-черными.
- Ты нуждался в помощи. И ты не виноват в жестокости той женщины, что, по воле случая, нам обоим приходится матерью. А со временем, я поняла, что рада этой встрече. - она смущенно поправила волосы.
- Аларет... Я должен тебе открыть правду. - произнес Стэфан.
Она внимательно смотрела на Стэфана покрасневшими от пролитых слез глазами. Ее сердце стучало, словно тамтам, звоном, раздававшимся в ушах. Отвага Стэфана внезапно исчезла, мысли застыли на языке и напрочь отказались превращаться в слова. Он вздохнул, буквально выталкивая из себя слова.
- Таурум, мой лучший друг, друг моего детства, погибший в ту ночь у источника... - он осекся. Аларет кивнула, подтверждая, что она помнит рассказы Стэфана о его друге.
- Это был его амулет. - он продолжил - Это герб его матери. Он твой брат, не я. Мне тяжело это говорить. - Стэфан чувствовал, как тяжелый камень опускается на его плечи, сдавливая его грудь и горло. - Оборотень, погибший у источника, Таурум, твой брат.
Губы Аларет задрожали, глаза заблестели, и по ее щекам потекли слезы. Стэфан придвинулся к ней, и бережно обнял ее.
- Зачем? Зачем ты мне это рассказал? Зачем же ты носишь его амулет? Ох! Я подумала... - и она умолкла, всхлипнув. Она спрятала лицо в ладонях.
- Для меня это напоминание о том, что я должен сделать, каким сильным должен быть. Я должен отомстить за него.
