– Пророчите смерть – да еще такую скорую? После того, как у этого клуба столько лет все шло хорошо?
– Да, потому что это не клуб, а секта, еще и авторитарная. Лучший финал для них – разгром со стороны властей. Худший – массовая смерть адептов, когда лидер почувствует, что теряет контроль. И для «Ноос-Фронтир» этот момент пугающе близок. Его потому и удалось перехватить, что даже при вашем прикрытии указаний на проблему стало слишком много. Герман Ганцевич засуетился: он набирает новых адептов без особой проверки, он склоняется к откровенной уголовщине… Это пресловутое мышление «после нас хоть потоп». Он уверен, что времени у него не так уж много, и готовится уйти, хлопнув дверью. И от нас с вами зависит, что за этим последует: просто раздражающий звук или взрыв, который унесет очень много жизней.
Следовало бы заняться этим раньше, и Гарик хотел, но никого подходящего не подворачивалось, да и опухшее от синяков лицо плохо подходило под холст для грима. А теперь почти все зажило, и поиск наконец принес плоды. Просто, если хочешь занять чье-то место, нужен человек, на которого ты хотя бы отдаленно похож – и который не заявится в разгар твоего шоу и не добавит вечеру новую интригу.
Гарик понимал, что его не пустят во внутренний круг «Ноос-Фронтир», и искал подходящего члена клуба чуть ли не с начала этой истории. Тогда еще можно было надеяться на получение информации из других источников, и все равно профайлеры осознавали, что разведка изнутри закрытого клуба даст им уникальные сведения. И чем больше накапливалось противоречий, связанных с сектой, тем нужнее им становились такие сведения.
И вот наконец-то в списках нашелся Семен Ро́йфшиц, создание двадцати пяти лет от роду. Кандидатом он был, откровенно говоря, не идеальным, потому что клуб посещал редко, да и соцсети вел омерзительно: хорошо если одно фото в месяц! Понятно, что это означало наличие у него нормальной жизни и малую потребность в секте. Но с чем в таком случае работать подражателю? Гарик мог изучить внешность Семена, однако не манеру поведения. Профайлеру оставалось лишь надеяться, что другие члены клуба тоже знают Ройфшица плохо и не заметят подвох.
По внешности тоже все далеко не идеально. Да, Семен высокий, но тощий, да еще и постоянно сутулится, будто стесняется своего роста. Сутулиться Гарик умел, невелика наука, а вот заставить мышцы исчезнуть не мог, да и не хотел. Пришлось положиться на свободную одежду, которая на ком угодно болталась бы, как на вешалке, и надеяться, что этого будет достаточно.
Черты лица не совпадали даже отдаленно, но тут помог парик – черные кудри, издалека напоминающие разросшийся куст. Такие и лоб, и глаза спрячут, и линию челюсти прикроют, и последние пятна синяков. Цвет глаз Гарик изменил линзами, смотрелись они не совсем естественно, но нелепые круглые очки это маскировали, заодно и увеличивали нос. Плохо еще и то, что Семен был совершенно лишним персонажем на мероприятии, на которое напросился Гарик.
Зато у Семена было одно неоспоримое преимущество: он на неделю затерялся на тропических островах, где мобильная связь – большая редкость. Если она вдруг появится, вряд ли Ройфшиц бросится первым делом названивать в клуб, чтобы узнать, как они там. И это достоинство с лихвой перекрывало его недостатки.
С помощью Юдзи Гарику удалось не только выяснить, что закрытый клуб собирается на нечто под названием «Вызов», но и добыть туда приглашение. И вот уже навигатор ведет его по узкой лесной дороге в точку, где… нет ничего. Но это официально. Когда деревья все-таки расступаются, становится видно, что организаторы использовали нечто такое, что на картах не обозначено.
Похоже, кто-то пытался построить здесь небольшой коттеджный поселок. Начинание было не совсем уж бредовым: старые леса действительно быстро очаровывали. Но, очевидно, отдаленность цивилизации обошлась слишком дорого – в самом буквальном смысле. Строительство пришлось свернуть, оставив бетонные коробки домов пялиться на мир пустыми окнами. Причем произошло это не год и не два назад, потому что лес успел осторожно забрать часть поселка себе: уничтожил корнями дорожки, запустил щупальца молодых деревьев в каждую трещину в стенах, прикрыл крыши мхом и травами. Из-за этого получилось место вне времени, то, что Гарик назвал бы пробником постапокалипсиса.
На въезде в поселок обустроили парковку, уже по большей части заставленную дорогими иномарками. Рядом расположился просторный ярко-желтый шатер, в котором и дожидались организаторы. Не руководство, естественно, большим боссам на таких игрищах делать нечего, в основном улыбчивые девочки в майках с логотипами, отвечавшие за регистрацию. Гарик подозревал, что менеджеры устроились в доме на колесах, припаркованном с другой стороны дороги, и к клиентам вышли бы, только если бы те начали скандалить.
