Вот и сложилась картинка. Вряд ли мотивом Максима была только корысть, он и до сотрудничества с Шевисами отлично зарабатывал. Но, по сути, он все-таки сделал себя их сыном, даже против их воли: он организовывал похороны, он получил наследство… Да, не напрямую, но суть та же!
Теперь Матвей готов был с ним поговорить. Приглашать с собой Лину профайлер не собирался, он допускал, что Максим может быть опасен. Но за себя Матвей не боялся, ему доводилось разбираться и не с таким.
На стук в дверь Максим не ответил, но само по себе это ничего не означало. Он вполне мог оставаться внутри, работал он отсюда, да и его автомобиль стоял возле гаража. Не слышит или таится… Скорее, второе – если учитывать, что на телефонный звонок он тоже не отреагировал.
Перед уходом Матвей попробовал повернуть дверную ручку, и она поддалась неожиданно легко, пропуская его в дом. Это уже интересно… Максим – тревожный человек с высокой концентрацией внимания, просто так он бы не бросил дом открытым. Что это, ловушка или приглашение?
– Максим, – позвал Матвей, делая шаг в прихожую. – Вы здесь?
Снова нет ответа, но нет и откровенных намеков на угрозу – никакой крови, никаких посторонних запахов. Матвей двинулся дальше, осторожно осматриваясь по сторонам. Понятно, что здесь не будет западни в духе фантастического триллера, и все-таки психически нездоровый человек способен на многое.
Впрочем, любые свои отклонения Максим хорошо скрывал. В его доме было чисто, обстановка самая обычная – простая мебель, личных вещей столько, сколько нужно, ни одного предмета, который вызвал бы подозрения. Максиму не было смысла гнать из своего дома посторонних, он прошел бы любую проверку, он был понятным, среднестатистическим, быстро внушающим доверие…
Но это на первый взгляд. Матвей, при всем своем опыте, едва не упустил странность, которая меняет все. Однако он был профессионалом, сначала за легкое несоответствие зацепилось боковое зрение, подсознание предупредило о подвохе. Ну а потом, когда профайлер начал изучать проблему намеренно, все стало на свои места.
В доме Максима хватало семейных фотографий – из его раннего детства, из школьных лет. Все они выглядели логично состаренными, частично выцветшими, как и полагалось. Настолько обыкновенные, что никто не стал бы разглядывать их внимательно.
А зря, потому что это была та самая деталь, в которой хрестоматийно скрывается дьявол. Лина упомянула, что Максима растила бабушка, однако никакой бабушки тут не было. Зато были родители, которым полагалось исчезнуть, пока их сын оставался совсем маленьким. Но нет, они провожали его во все классы школы, побывали на первой и последней линейках, с гордым видом отправили его в институт. Потому что умерли-то они совсем недавно: на снимках с Максимом возились Анатолий и Валентина Шевис.
Тут очень легко было сделать неправильный вывод, слишком уж хороши оказались фото… Первым предположением со стороны обывателей стало бы, что эти двое – действительно родители Максима. Как иначе, если они на всех снимках выглядят на соответствующий возраст? Получается, они лгали всему миру и растили сына в тайне от… от кого? От других детей? А смысл?
Нет, Валентину и Анатолия добавили в жизнь этого человека насильно и искусственно. Дело ведь не ограничивалось фотографиями… Матвей уже разглядел вещи, оставленные в прихожей, брошенные в комнате – куртки, платки, шарфы, в том числе и женские. Многое из этого никак не могло принадлежать Максиму и наверняка перекочевало сюда из дома его соседей. Может, после их смерти, никто ведь за жильем не наблюдал… А может, и до, и продолжалось это не одну неделю. Заглянув в ванную, Матвей обнаружил там три зубные щетки. На кухне хранилось больше посуды, чем требовалось одному человеку. Это был дом семьи – без семьи.
А главное, в этих странноватых декорациях прослеживалось такое же внимание к деталям, которое создало десяток персонажей, убедивших Валентину Шевис в ее тяжелой болезни. Еще одно совпадение, которое не может быть совпадением.
Человек, способный на такое, не устроит демонстрацию просто так. Максим достаточно умен, чтобы понять: профайлер во всем разберется. Вряд ли он показал это Матвею исключительно из желания облегчить душу, у него свой план, и профайлер не отказался бы узнать, какой, но точно не здесь и не сейчас.
Он собирался покинуть дом, направился к лестнице, спускающейся со второго этажа на первый, но Максим уже ждал его там. Без оружия, без зловещего хохота… Хозяин дома казался не безумцем, который загнал в угол новую жертву, а человеком, который слишком устал, чтобы двигаться дальше. Однако от Матвея не укрылась металлическая зажигалка, которую программист вертел в руках, и ничего хорошего это не сулило.
– Газ? – коротко спросил Матвей.
– Газ, – кивнул Максим. – Без запаха, конечно, с запахом получилось бы слишком очевидно. Но поступает давно, наверняка уже весь первый этаж заволокло.
