Матвей скрутил ему руки и готовился вызвать полицию, да не пришлось: сирены уже завывали совсем близко, показывая, что служебные машины очень торопятся, они явно знают, что случилось. Потом было разбирательство – почти до ночи, сбор улик, изучение дома… Максим так и не узнал, что произошло, и никто не собирался ему объяснять.
Профайлер же обнаружил, что хозяин дома ни в чем не ошибся, к своему последнему трюку он подготовился так же тщательно, как к предыдущим преступлениям. Он открыл баллоны с газом, заблокировал окна, отключил систему кондиционирования… Но, пока они с Матвеем разговаривали на лестнице, заработали кондиционер и вытяжка, а окна, подключенные к новейшей системе «умный дом», открылись сами собой. Вместе с размером помещений этого оказалось достаточно, чтобы газ развеялся и взрыва удалось избежать.
По неизвестному номеру, с которого пришло то самое сообщение, Матвей смог позвонить только поздней ночью. Он допускал, что ему не ответят – а ответили сразу. Бодрым, незнакомым и явно пропущенным через компьютерный фильтр голосом.
– Старший лейтенант Юдзи, предъявите вашу благодарность!
– Спасибо. Как ты это сделал?
– Так это… Сообразил, что у вас там какой-то компьютерщик себя великим магистром возомнил! Тут я и стал разбираться, кто из наших может быть в округе… На Масика этого вышел быстро, но сначала не был уверен, что это он, просто отметил, что в его доме техники больше, чем на складе. Заодно и за тобой присматривал.
– Каким образом?
– Ну-у-у… Какая разница?
– Ты мне помог, Юдзи. Возможно, спас жизнь. Ты действительно думаешь, что я из-за твоих мелких трюков скандал устрою?
– Гарик бы устроил.
– Насколько я помню, для вас двоих это скорее игра. Так что именно ты сделал?
– Вскрыл твой телефон, – признал хакер. – И получил возможность использовать его как микрофон для прослушки. Не постоянно, у меня ж дела есть! Но я поставил себе оповещение на случай, если ты сунешься в дом, где убили дедов, и еще дом этого соседа… И ты сунулся.
– Да. Но как ты узнал про газ? Этого даже я не заметил.
– Камеры подкрутил назад. В его доме камер полно, как только ты вошел, я стал просматривать, чем он занимался прямо перед этим. Увидел штуку с газом, стал нейтрализовывать… Кстати, на его диске хранится запись убийства дедов.
– Откуда? В их доме не было камер.
– Он установил, – пояснил Юдзи. – Поставил камеры перед их смертью… Там ведь не быстро все было, и он наблюдал… Забрал, когда все закончилось. Такой вот урод. Кстати, я подслушал полицейские переговоры, знаю, что ты его не убил. Почему ты его не убил?
– Потому что убивать людей нельзя.
– Нельзя. Но иногда приходится.
– Я не буду это даже комментировать. Сбрось мне файлы, которые понадобятся полиции.
Про дополнительный гонорар они не говорили, Матвей прекрасно знал, что Юдзи ничего не потребует, даже не подумает об этом. Но заплатить профайлер собирался в любом случае, для него это был скорее вопрос принципа.
Он считал, что их разговор закончен, но Юдзи его задержал:
– Подожди! Ты это, с Гариком давно общался?
– Не было необходимости. Почему ты спросил?
– Я тут отвлекся на твое дело, особо с ним не контачил. Потом выяснил, что он заказы другим подкидывает по тому же тарифу, что и мне, захотел ему ввалить, и… Он почему-то не выходит на связь. Но я так понимаю, это потому, что он типичный Гарик, задание у него вроде как скучное и несерьезное, он сам говорил, а на таких заданиях ничего плохого не происходит… Ведь правда?
Гарик прекрасно знал, что умрет, стоит ему стать беспомощным. Его убьют без жалости, совсем как Чарушина, а потом только станут разбираться, кто он такой и зачем пришел сюда. Поэтому за свою жизнь он собирался бороться до конца.
Он упустил момент, когда к нему подкрались, и это определенно его оплошность. Зато ему повезло в том, что ударили недостаточно сильно: было больно, и перед глазами закружились черные пятна, но сознание он не потерял. У него даже каким-то чудом получилось отскочить в сторону, и тот, кто атаковал его, при попытке ударить снова повалился вперед, на пол. Гарик выиграл себе паузу, чтобы хоть как-то подготовиться к обороне.
Конечно, Виктория Новикова вполне могла у него эту паузу забрать, если бы поддержала своего союзника, бросилась на профайлера сама. Но она в бой не рвалась, себя она явно жалела. Все ее усилия ушли на то, чтобы метаться по комнате и истерично визжать:
– Убейте его! Убейте! Он мент, по ходу, выследила нас эта погань!
Развеивать подозрения Вики или вообще говорить с ней Гарик не собирался, он отчаянно соображал, во что вляпался. Новикова говорит с кем-то во множественном числе, это плохо. А вот то, что она не просит о помощи, а приказывает, – как раз хорошо. Похоже, эта истеричная бабища все-таки лидер группы, следовательно, ее подчиненные слабее, глупее или все сразу. В любом случае, это давало Гарику возможность выкрутиться, за которую следовало держаться до конца.
