Таиса сразу отметила, что Яна не вписывается в свою семью – во многом. Она все время проводила в городе, а ее родня уехала в деревню, там, где им полагалось жить по прописке, профайлеры обнаружили совершенно других людей, как выяснилось, квартирантов. Яна была помешана на здоровом образе жизни и профессионально занималась бодибилдингом, остальные Кумовы относились к своему весу куда спокойней. Нет, они не страдали от откровенного ожирения, просто были… обычными. Не идеальными, не подтянутыми, не модельными.
Таиса опасалась, что влезет на территорию чужих страданий, ведь Яна умерла совсем недавно, но Кумовы по большей части оправились от этого удара. Дети после такого и вовсе приходят в себя быстро, а эти, вероятно, и не знали толком свою тетю Яну, она для них была скорее именем, упоминавшимся на праздниках. Сестры Яны просто не успевали скорбеть: за маленькими детьми нужно ухаживать, тут не посидишь перед фото.
Таиса даже на миг допустила, что Яна, возможно, была изгоем среди родных еще при жизни, но нет. Мать ее любила – просто по-своему, не понимая толком. Именно она вызвалась поговорить с Таисой на большой веранде – тут тоже было душновато, зато никто не проносился мимо каждые пять минут.
– Это ведь она сделала, – печально улыбнулась женщина. – Янка… Она дала много денег на ремонт. Без нее мы бы еще года два копили!
– Она тоже жила здесь? – спросила Таиса. Переходить сразу к болезненным темам не хотелось.
– Нет, приезжала иногда… Ей сложно было рядом с нами жить. Раньше она еще пыталась, но потом все мы поняли, что так нельзя… Вы ж только не подумайте, что мы ее прогоняли! Просто иногда бывает плохо даже рядом с тем, кого любишь…
Яна и правда отличалась от своей семьи. В детстве она была полненькой, как, собственно, и все Кумовы – и как и все подвергалась издевательствам одноклассников. Но если ее сестры огрызались или тихо плакали, то она пообещала себе и всему миру, что станет другой. Уже тогда она занялась спортом: сначала гимнастикой, однако там дело не заладилось, потом – борьбой. Найти секцию для девочки было трудно, но Яна уперлась и добилась своего.
– Я ей говорила, что это очень плохая идея, – покачала головой мать, смахивая первые слезы. – Знаю, сейчас все любят говорить о том, как женщины равны мужчинам, как нужно становиться независимыми… Только знаете, что? Можете спорить со мной, сколько хотите, но я думаю, что ерунда это все!
– Я не буду с вами спорить.
– А Янка спорила… Везде ей надо быть сильной, во всем она равна! Я говорю: если б природа хотела, чтобы мы были одинаковыми, она б нас такими и сделала! А так у каждого свое естество, идти против этого просто неправильно. Она так злилась, будто я ее убеждала, что мужчины лучше женщин. Так разве ж я это сказала? Нет, только то, что у каждого свое место. Вон какими счастливыми стали ее сестры, как деток завели, замуж повыходили! Но нет, Яна не радовалась за них, к каждой приставала с диетой, упражнениями. Как увидит чуть-чуть жира на боках – истерика! Это ведь даже не ее жир… Понимаете, почему она не могла тут жить?
– Понимаю.
– Но мы от Янки никогда не отказывались! Мы всегда ее приглашали на все праздники… Жалели бедную.
Таиса уже знала Яну Кумову, молодую женщину, связанную с сектой, как успешную бизнес-леди и чемпионку международного уровня, улыбчивую звезду соцсетей. Теперь она узнавала новую Яну – и пыталась соединить два портрета.
Мать считала, что за всеми достижениями Яна просто прятала несчастье. Ее успех был основан на чистом упрямстве, она на самом деле компенсировала соревнованиями вечное одиночество.
– У нее были отношения? – уточнила Таиса.
– Иногда случались, но недолго… Замуж так никто и не позвал! Да и понятно, почему… Между своими соревнованиями она была еще куда ни шло, но как начинала готовиться к ним – фильм ужасов снимайте! Сморщенный мускулистый дед в парике. А на здоровье это как сказывалось? Сколько раз я пыталась ее образумить – и сама сосчитать не берусь, но куда там… Потом стало слишком поздно.
– Что вы имеете в виду?
– Да все просто: поздно ей было заводить детей. А ведь она деток обожала! Со мной и с сестрами сколько угодно могла из себя суровую барышню изображать, с мелкими всегда нянчилась. Очень жалко, что так получилось…
– Подождите, насколько я помню, вашей дочери был только тридцать один год…
Кумова окинула Таису снисходительным взглядом:
– Так ведь этого достаточно! Вы знаете, что раньше женщину уже в двадцать пять считали старородящей? Потому что раньше вещи называли своими именами! Чем больше лет матери, тем меньше шансы родить нормального ребенка, и я постоянно напоминала об этом Яне. Но она не слушала, да еще и доводила себя до чудовищного состояния…
А ведь это могло быть причиной… Разумеется, не предполагаемый пожилой возраст тридцатиоднолетней женщины. Ставка на здоровье – это серьезный поводок для секты.
