Благословения Элуны можно было давать всем желающим, ведь учение Матери-Луны гласило: больше благословенных – значит больше тех, кто понимает любовь и единство, которые олицетворяет богиня, и тех, кто способен распространить ее учение.
Тиранда прислонила ладонь сначала к груди каждого стражника, а затем ко лбу – это символизировало единение души и разума. Караульные горячо поблагодарили ее.
Иллидан снова взял ее за руку.
– Тиранда, тебе нужно восстановить силы. Пойдем со мной! Я знаю подходящее место…
Из клетки раздался хриплый голос Брокса:
– Шаманка, может ли такое презренное существо, как я, тоже просить твоего благословения?
Солдаты вздрогнули, но ничего не сказали. Ведь как можно вмешиваться, если жрицу Элуны так учтиво попросили о благословении – пускай просителем и было чудовище?
Но Иллидан считал, что имеет право вмешаться.
– Ты и так слишком многое сделала для этого создания. Ты вся дрожишь! Идем…
Однако Тиранда не отказала орку. Она высвободила руку из ладони Иллидана, снова опустилась перед клеткой и без колебаний коснулась его грубой шерстистой шкуры, а затем твердого лба.
– Да хранит Элуна тебя и твой род… – прошептала юная послушница.
– Да будет крепок топор в руке твоей, – ответил орк.
Тиранда чуть нахмурилась, услышав такие необычные слова, но затем поняла: если он воин, то столь странным образом он, видимо, пожелал ей здравия и долгой жизни.
– Спасибо, – с улыбкой сказала она.
Когда Тиранда встала, Иллидан опять вмешался:
– А теперь давай…
Тиранда тут же ощутила безмерную усталость – впрочем, приятную, какую всегда испытывала после долгого и плодотворного служения своей госпоже. Она вдруг вспомнила, что уже давно не спала, больше суток. Очевидно, мудрая Мать-Луна велит ей вернуться в храм и поспать.
– Прости меня, Иллидан, – тихо проговорила Тиранда. – Я очень устала и хочу вернуться к сестрам. Ты ведь понимаешь, не так ли?
Он на мгновение сузил глаза, но затем успокоился.
– Да, наверное, это к лучшему. Тебя проводить?
– Не нужно. Я бы прогулялась в одиночестве.
Иллидан ничего не сказал, лишь поклонился в знак уважения к ее решению.
Напоследок она еще раз улыбнулась Броксу. Орк кивнул, и Тиранда зашагала к храму, чувствуя необыкновенную свежесть мысли, несмотря на общее телесное истощение. При случае она обязательно расскажет верховной жрице о Броксе. Безусловно, храм сможет оказать несчастному помощь.
Пока жрица шла к храму, на нее лился лунный свет. Тиранда все сильнее ощущала, что сегодняшний опыт навсегда изменил в ней что-то. Ее встреча с орком наверняка была предопределена желанием Элуны.
Она не могла дождаться беседы с верховной жрицей…
Иллидан смотрел вслед удаляющейся Тиранде, но она так и не оглянулась. Он хорошо знал девушку и потому догадывался, что сейчас ее занимает лишь служение богине, по сравнению с которым все остальное, включая Иллидана, казалось ей незначительным.
– Тиранда…
Он надеялся рассказать ей о своих чувствах, но момент был упущен. Иллидан долгие часы поджидал ее у храма. Зная, что было бы подозрительно присоединиться сразу, едва она выйдет, он некоторое время держался в стороне с намерением сделать вид, будто просто проходил мимо.
Но затем она обнаружила существо, которое поймала Лунная Стража, и все его планы пошли насмарку. Он не только упустил возможность поговорить, но и опозорился перед ней, выставил себя злодеем… и все из-за какой-то чудовищной твари!
Не сумев удержаться, он напряг руку и бесшумно произнес заклинание.
Из клетки раздался надрывный вопль, и Иллидан бросил на нее быстрый взгляд.
Прутья вспыхнули, объятые теперь не серебристым сиянием луны, но яростным красным свечением, которое будто пыталось уничтожить и саму клетку… и ее обитателя. Чудовище завыло от мучительной боли. Растерянные солдаты беспомощно сновали вокруг клетки.
Иллидан пробормотал отменяющее заклинание.
Свечение исчезло, и пленник перестал кричать.
Никем не замеченный, молодой эльф поспешно скрылся. Он дал волю гневу и направил его на самую очевидную жертву. Иллидан был рад, что стражники не разобрались в случившемся и что Тиранда не застала этой вспышки ярости.
Он также был рад, что Лунные Стражи возвели вокруг клетки магическое ограждение… ведь, если бы не защитные заклинания, пленник бы тут же погиб.
Все вокруг умирали.
Куда бы ни глядел Брокс, он видел лишь умирающих друзей. Вот пал Гарно, вместе с которым он вырос, который был ему почти братом, – его разрубило на мелкие кусочки огромное пламенное существо с жуткими рогами и острыми клыками. Через несколько мгновений Брокс прыгнул на этого демона и с надрывным криком, который обескуражил бы и самое грозное создание, рассек его пополам, будто на том не было пылающих доспехов.
Однако демоны все прибывали, а ряды орков редели. Защитников оставалось совсем немного, причем каждую минуту кто-то из них погибал в этой бойне.
Тралл приказал перекрыть этот путь, чтобы Легион не прорвался через него. Сюда должно было совсем скоро добраться подкрепление, но Орде требовалось время. Они нуждались в Броксе и его товарищах.
