Какие логические схемы выстраивала в своей голове ведьма? Я об этом не думал. Просто пил чай и наслаждался покоем. Если Светлана захочет что–то сказать, выскажется. Следовало ждать, и через полчаса она спросила:
— Значит, ты собираешься посетить хутор Левона?
— Да.
— Когда пойдешь?
— Если у тебя нет для меня работы, завтра.
— А что ты там надеешься отыскать?
Я пожал плечами:
— Сам не знаю. Может, в запасниках Левона есть золото, какие–то артефакты или карты местности. Мне все пригодится.
— А что с бабами и детишками?
— Схожу на Лысую гору и оставлю в тайнике письмецо для Якута. Бойцы Шумова каждые три–четыре дня там бывают. Якут передаст Шумову, что Левона нет, и он пришлет на хутор стрелков. Думаю, колдун не такой человек, чтобы разбрасываться людскими ресурсами.
Ведьма осуждающе покачала головой:
— Ты рассуждаешь, как одиночка.
— Да, — согласился я и добавил: — В этом мы с тобой похожи. Я сам по себе и ты тоже. Разве не так?
— Все так, но я не всегда жила вдали от людей. Когда абас, который нас с сестрой неволил, отправился в нижний мир, а его приближенных разогнали по дебрям колдуны и шаманы, я обосновалась в большой деревне на севере. Хорошее времечко было. Мне казалось, что я, наконец, обрела покой. Помогала селянам и лечила больных, замуж даже собралась…
Она замялась, и я ее поторопил:
— А дальше–то что?
— Не поладила с местными жителями и совершила пару ошибок. На меня стали коситься. Люди в спину плевали. И мне пришлось уйти.
— Вот видишь, Светлана. Ты с людьми не ужилась. Поняла, что одной проще и легче. А меня упрекаешь. Зачем?
— Затем, Ворон, что как бы ни складывались наши отношения с людьми, без них нам не прожить. Рано или поздно приходится к ним выходить, общаться и торговать, искать с ними союза и оказывать взаимные услуги. Поэтому я хочу, чтобы ты стал хозяином Левоновского хутора.
— Не понял тебя… — я покачал головой.
— Объясняю, — она вздохнула и продолжила: — Хутор рядом. Ты всегда будешь неподалеку. Поселение в отличном месте, на границе пояса безопасности, возле древней дороги на юг. Обороняться в нем легко и если бы Левон по собственной глупости не рассорился с Шумовым, он бы как сыр в масле катался. Его уже нет и хрен с ним, а хутор есть. И люди в нем остались. Я стану вам помогать, и твоя жизнь наладится, обживешься и станешь местным патриархом, главой клана.
— А как же наш уговор, что я буду прикрывать тебе спину?
— Уговор остается в силе. Когда будешь нужен, позову.
Оглядев пещеру, я подвел итог:
— Ты меня гонишь, потому что я тебя стесняю.
Ведьма ответила откровенно:
— Да. Ты человек хороший, Ворон. Надежный товарищ, не шумный, не глупый и не лезешь с глупостями. Но прямо сейчас, пока не начались серьезные стычки со Старшими, мне компания не нужна.
— Понятно. Но в одиночку я хутор не потяну. Нужны люди. Крепкие мужчины.
— Позови своего друга Якута.
— Он мне не друг.
— Неважно. Пусть будет приятель. Главное — надежный человек. А когда пойдем к Шумову, еще пару–тройку человек подберешь. Как тебе такой расклад?
— Подумать надо.
— Думай, Ворон. До утра времени много.
Половину ночи я ворочался с бока на бок. Пытался представить себя в роли хозяина хутора. Если откажусь, ведьма из пещеры не прогонит. Но свою позицию она обозначила. В ее жилище я гость, не более того, и хозяйка здесь только она. Это нормально. Я ни на что не претендовал. Однако хотелось иметь собственный угол, место, где можно не только зализывать раны и восстанавливать силы, но и хранить трофеи. Пещера таким местом не станет, а хутор может.
«Попытка не пытка, — уже под утро решил я. — Попробую стать хуторским главой. Правда, не хочется брать на себя ответственность за жизни других людей и не ясно, как меня встретят женщины погибших разбойников, но все мы люди, все мы человеки, а значит, общий язык найдем. Было бы желание».
Определившись с дальнейшими действиями, я заснул. Отдохнул хорошо. Проснулся в восьмом часу. Сделал зарядку, перекусил и еще раз поговорил с ведьмой, получил несколько ценных советов и заверения, что она мне поможет, а затем направился к Левоновскому хутору.
С направлением я определился быстро. От пещеры поднялся на хребет и вышел на звериную тропу. По ней протопал три километра и спустился к Белым Развалинам. Дальше по руслу высохшей реки вышел к Майскому перевалу и увидел хутор.
Поселение по местным меркам вполне приличное. На горе, которая нависала над перевалом, несколько бревенчатых строений: две жилые избы для вольных, барак для рабов (пустой), сарай для скотины (пустой) и амбар для хранения припасов (пустой). Все это обнесено частоколом из бревен. Подход один — каменистая дорога. На хуторе есть родник, точно такой же, как на Лысой горе. Кстати, поселение основал не Левон. Люди закрепились здесь больше века назад и жили за счет того, что собирали небольшую дань со всех, кто проходил через перевал, пасли на окрестных горных полянах скотину и собирали в прилегающих пещерах грибы. Выхлоп был приличный и хуторяне не бедствовали. До тех пор пока Шумов не наложил на Левона заклятье неудачи. Ну, это так Светлана сказала, и я ей поверил.
