– Вы знаете, почему я не вмешивался в ваши дела? – пригвоздил Делинду к месту его пристальный взгляд, но она не подала виду, что напряжена и слегка напугана вопросом. – Как и мой сын, я не видел в ваших начинаниях ничего серьезного. Ваши планы прекрасны в теории, как большой мыльный пузырь, который, тем не менее, легко уничтожить дуновением ветерка. Эта маленькая война, которую вы устроили, практически не влияет на мир. Все свои ресурсы вы уже исчерпали, запустить руку поглубже в казну не можете, иначе экономика вашей страны рухнет. Я давно наблюдаю за вами, и вы всегда стараетесь быть впереди всех, лучше всех, красивее и умнее. Иное вас раздражает. Вы хотите доказать высшему обществу, что достойны уважения не только по праву рождения, но и благодаря власти и заслугам. Однако в душе вы все равно знаете, что не сможете в одиночку справиться с собственными планами и тем более хотя бы приблизиться к нашему семейству. Вот вы и обратились к Марголисам за поддержкой, ведь нас лучше держать рядом, верно? И я вас в этом прекрасно понимаю, но скажите, что мне прямо сейчас мешает пристрелить вас, присвоить себе ЗНР и ваш бизнес-план и не делиться добычей?
Делинда сглотнула, и глаз ее дернулся. Она обходительно улыбнулась, стараясь не растерять храбрость. Впервые с начала встречи она осторожно, боковым зрением взглянула на четырех охранников, стоявших позади Гедалии и державших руки на кобуре.
Она качнула головой в сторону, открыла рот в улыбке, вздохнула так, словно усмехалась над его предложением, собрала в кулак всю свою храбрость и твердо произнесла:
– Мистер Марголис, как много людей в вашем окружении преданы вам не потому что боятся, а потому что искренне уважают? Ваше положение в мире несомненно, и, поверьте, я живая принесу вам куда больше пользы, чем мертвая. Да, вы правы, для меня важны уважение и признание, и лишь с помощью власти и запугиваний человек вроде меня может их добиться. Раньше я грезила уважением и мнением простолюдинов, но кто они такие, чтобы я старалась ради них? Куда важнее для меня люди вроде вас и других Марголисов. Я организовала убийство Съезда Мировых Лидеров, убила родную мать, держу на короткой цепи брата, приставив пистолет к его затылку. Все ради момента, когда я наконец-то докажу всем, докажу самой себе, что достойна лучшего, не потому что родилась с короной на голове, а потому что добилась того, чего не добивался никто. Но ваш авторитет для меня, авторитет всех Марголисов безусловен. Я понимаю, что без вас мне своего не добиться, ведь я достигла предела. Мне двадцать пять, и я достигла многого, имея за спиной богача, для которого мои старания – лишь представление. Вы – тайный хранитель богатейшего семейства в мире. Представьте, чего мы добьемся вместе. С моим штатом специалистов, с моими тайными каналами, моими амбициями. Деньги для меня важны, но это не самое главное. Они не принесут мне ни удовлетворения, ни счастья, если меня не будут уважать.
Гедалия медленно кивал ее словам, и к пытливости в его взгляде добавилось снисхождение.
– Старые раны все не заживают, верно? Ох, – усмехнулся он, – не представляю, как же вас обидели когда-то, что вы идете по головам, лишь бы доказать кому-то свою силу.
– Один отец верил в меня. И не дожил до наших дней.
– Я помню его. Он любил вас и хотел, чтобы вы добились высокого положения. – Гедалия отвел взгляд в сторону. – Забавно, но, хоть я родился уже богатым и влиятельным, меня никогда не посещала мысль, что нужно кому-то что-то доказывать. Мне было достаточно того, что меня боятся. Я не зависел от мнения чужаков, даже от мнения семьи, и был сам по себе. Поэтому мне и любопытно то, что вы готовы зайти настолько далеко ради такой… странной цели.
– У каждого свои причины. Моя такова. Для меня она очень много значит.
– Уж я-то вижу.
Он смерил ее оценивающим взглядом.
– Давайте посмотрим, как мы сработаемся.
Делинда медленно выдохнула.
– Благодарю за доверие, мистер Марголис.
– Пока не за что. Делайте, как считаете правильным, только с нападением на Берлин не переусердствуйте и не разбомбите там все, особенно это касается исторических достопримечательностей. Насчет Саши не беспокойтесь. Я медленно готовлю его к обязанностям куда лучшим, чем монаршие.
Гедалия развернулся и направился к дверям.
На наручные часы Делинды поступил звонок.
– Ваше Величество, – поприветствовала ее голографическая Янмей, парившая над циферблатом, – к вам Александр.
Гедалия остановился в шаге от дверей.
– Скажи ему подождать меня в кабинете.
– Нет-нет, – развернулся к ней Гедалия. – Пусть приходит прямо сюда. Хочу поглядеть на него.
– Разумеется, – не раздумывая согласилась Делинда и вновь обратилась к Янмей: – Выполняй.
– Да, Ваше Величество.
В лабораторию провели Александра. Едва завидев цилиндр в центре, он бросился к нему и прижал руки к стеклу.
– Анджеллина! Анджеллина! – позвал он и тут же обратился к Делинде: – Что вы с ней сделали?
