– Вы ранены?
– Нет… То есть да, немного. Просто царапина.
Саша опустил взгляд к окровавленной кисти руки с капающей с нее кровью. Он окликнул официантку:
– Можно вас?
– Да, секунду. Что-то случилось?
– Он ранен. Окажите ему, пожалуйста, первую помощь.
Мелл не стал сопротивляться: опустился на пол, медленно стянул с себя накидку и позволил девушке обработать рану.
«Если бы он не закрыл меня собой, а просто бросил на пол, страшно представить… осколок гарантированно угодил бы в меня».
– Вам повезло, – перевязывала тем временем официантка плечо, – еще пара сантиметров, и вам вряд ли помогла бы наша первая помощь.
– Звучит обнадеживающе, – выдавил Мелл измученную улыбку.
В ресторан забежал водитель.
– Ваше Высочество Анджеллина, Ваше Высочество Мелл, как вы?
– Мелл ранен, но жить будет, – ответила Анджеллина.
– Мы сейчас же уезжаем. Я сообщу Ее Величеству, что с вами все в порядке.
– Отлично, – кивнул Саша официантке, когда та закончила перевязывать рану. – Уезжайте как можно скорее.
– Но как же вы? – опешила Анджеллина.
– Я вернусь в замок.
– Какой к черту замок? А если они запустят ракеты и в него?
– Не запустят. Им еще рано меня убивать. И Делинда, если бы хотела меня убить, предпочла бы сделать это лично.
– Поехали с нами, – включился Мелл.
– Нет, у меня работа. Я должен остаться в столице.
– Я вас одного не оставлю! – повысила Анджеллина голос.
– Мелл, дамы, как видите, принцесса даже в такой критической ситуации очень капризна. Проследите за тем, чтобы она по дороге не потерялась и не вернулась обратно. Не то знаю я ее выходки.
– О них мы наслышаны, – приобняла телохранительница Анджеллину за плечо. – Я буду следить за ней.
– Вот и прекрасно.
Телохранительницы вывели Мелла через черный вход, ведущий к автостоянке.
– Прошу, езжайте с нами, – не унималась Анджеллина. – Поработаете издалека.
– Ни слова больше. Лучше позаботьтесь о своем брате.
– Но…
Он прошел мимо к подъехавшей за ним машине, но прежде чем сесть в нее, задержал печальный взгляд на принцессе и мягко махнул ей на прощание.
– Напишите, как доберетесь! – крикнула Анджеллина вдогонку.
Девочки боялись сделать малейшее движение, чтобы не привлечь к себе внимание Челси, сидевшей в своем кресле за кулинарной книгой. Небольшая настольная лампа служила единственным источником освещения в темной бетонной комнате, больше напоминавшей каморку. Но на холод Челси жаловаться не приходилось, ведь в отличие от девочек, одетых в домашнюю одежду, в которой они и застали ужас войны, она куталась в добротную куртку до колен, под которую надела утепленную армейскую форму.
– Раз мне не устанавливают плиту для приготовления, то хоть замариновать смогу. Так тоже сойдет, – приговаривала она, перелистывая страницу за страницей с рецептами маринада свиного мяса, которое на вкус, как неоднократно замечала Челси, ничем не отличалось от человеческого. Так что и способ приготовления она присматривала схожий.
За дверью послышался торопливый топот. Радостные довольные голоса солдат зазвенели в коридоре, и Челси пришлось оторваться от книги.
– Что такое? – спросила она, едва открыв дверь.
Как раз к тому моменту мимо проходила Одри Хьюз, ее надзирательница.
– Сейчас же закрой дверь! – грозно шепнула она, шагнув к ней.
То, что пропавшие девочки находились у Челси, все еще оставалось в секрете для всех.
– А, ой! – Челси захлопнула за собой дверь и сжала плечи. – Прости. Так что случилось?
– Мы только что из Вольфсбурга.
– Судя по вашей радости, с победой, верно?
– Наша радость не обусловлена победой. Это дело обычное, учитывая предыдущие успехи. – Одри зачесала копну коротких кудрявых волос назад и оглянулась. – Эта грязная предательница Тера Гарсия была в отряде, который мы разгромили. Она сдалась.
– Та, из-за которой тебя отчитали?..
В карих глазах Одри мелькнул недобрый огонек, заставивший Челси тут же замолкнуть.
– Она сейчас в камере. Думаем, как ее наказать. Чтобы помучилась дольше, но…
– Но?
– Что-то здесь не так. Уж больно легко она сдалась. Меня не было на месте, когда ее взяли, и солдаты ничего не заподозрили. Только порадовались и избили ее, но в меру, чтобы оставить остальным. С ней еще была ее подруга – Ксара Белл. Она тоже теперь у нас.
Челси покачалась на месте, спрятав руки за спиной.
– Думаешь, она что-то задумала?
– Скорее всего. Но на что она рассчитывает, мне не ясно. Сейчас мы перебрасываем все силы на Гарделеген, но здесь все равно останется с десяток человек, не считая пары доходяг в соседнем корпусе, отвечающих за печи, – она потерла затылок и уперла руку в бок. – И я тоже останусь. Понаблюдаю за этой дрянью.
К этому моменту шум в коридоре стих, и они могли услышать собственное дыхание, словно бы эхом отдающееся от голых стен.
– Можно мне на нее посмотреть? – спросила Челси тонким голоском, каким обычно дети выпрашивают у родителя новую игрушку.
