Какой-то ком липкой паутины опутывает Говердовскую. Из него не выбраться. Полковник Узда, белоэмигрант Муха… Какое отношение они имеют к строительству Дуссе-Алиньского тоннеля и к начальнику лагпункта, старшему лейтенанту Говердовской? Она что, стала объектом вербовки белоэмигранта Мухи? Как вообще за два месяца можно изучить фотодело, тайнопись, изготовление поддельных печатей, ловко метать гранаты и стрелять из револьвера? Один быт СССР надо изучать полгода.
И то времени не хватит. Все вранье и ложь!
Прием рассказа о «раскрытии» масштабных шпионских операций применительно к судьбам рядовых людей: чиновников, крестьян, учителей, агрономов, солдат и офицеров, следователи НКВД использовали в своей работе. Человек терялся от ужаса надвигающихся обвинений, от собственной, оказывается, значимости и подписывал любую, самую чудовищную ложь.
Сталина понимает, что надо опередить замыслы Летёхи:
– Все поняла. Диктую – записывай! «Японский офицер Саньяма-сан неоднократно пытался вовлечь гражданку Говердовскую в свою буддистскую веру. Саньяма, с японского, – фиксация разума на одной мысли или предмете. Достигается с помощью концентрации, медитации и созерцания. Он неоднократно предлагал начальнику лагпункта гражданке Говердовской париться с ним в кедровой бочке и там предаваться медитации. Успеваешь? Все-таки ты какой-то нерасторопный, Вася! Не умеешь вовремя оценивать оперативную обстановку.
Летёха не улавливает, что Говердовская просто издевается над ним.
– Может, проще записать? Что вы там просто-напросто
В то время в лексике еще не появилось слово «трахаться». У зэков в ходу было словечко «отталкиваться». Не только у зэков, но и у энкаведов – тоже.
Ну вот теперь, кажется, все. Самооговор готов.
Летёха одним глазом подглядывает в свою шпаргалочку-инструкцию, выданную ему более опытным борцом с врагами народа, начальником лагпункта. Всё, да не всё!
– Гражданка Говердовская! Тут еще такой вопросик. Ваш отец, Георгий Казимирович Говердовский, был политическим ссыльным. По национальности он поляк. Какие у него сейчас отношения с бывшей родиной и со Збигневом Кшестинским, работником Коминтерна?
Сталина усмехается.
