– За ваше поющее приобретение! – И недопив вино, подошла к клетке.
– Ты доволен, "Красавчик"? – спросила она.
В ответ канарейка просвистела несколько своих дежурных фраз. Поставив пустой бокал, Эмиль собирался наполнить их вновь.
– Мне больше не наливайте, лучше покажите вашу спальню, – непринужденно попросила она и тут же добавила: – Вам всегда так везет?
Услышав эти слова, Эмиль поставил бутылку, которая чуть не выпала из его рук и, показав на лестницу, ведущую на второй этаж, с волнением произнес:
– Это там, наверху… а везение – вещь весьма относительная.
– Можно посмотреть? – игриво спросила Шарлот.
– Да, безусловно. Я, правда, не ожидал сегодня гостей, – еще больше смущаясь, ответил Эмиль и продолжил: – Постель не убрана.
– Понимаю, – ответила она, – спешили на рынок…
Они стали подниматься на второй этаж. Она шла за ним следом. Эмиль ощущал на себе ее дыхание, ее пьянящий аромат. Какой-то необъяснимый магнетизм исходил от Шарлот, от ее голоса и улыбки.
Войдя в спальню, он сказал:
– Здесь я сплю, – и, глядя в окно, продолжил: – Отсюда тоже красивый вид на парк.
Обернувшись, он увидел, что платье Шарлот лежит на полу, она стояла абсолютно голая и пронизывающе смотрела на него. Видя его не решительность, она взяла его за руку и, не давая опомниться, потянула в постель. Он почувствовал, как сильное желание обладать ею стало в нем расти, затуманив рассудок и отбросив всю его предусмотрительность на задний план. Их губы соприкоснулись и сразу же слились в страстном поцелуе. Проведя рукой по выступающему бугорку на брюках Эмиля, она стала помогать ему, расстегивать ремень. Снимая брюки, он припал к ее жаркой груди, к ее горячему от желания телу… Тикали часы на стене, отбивая выделенное жадной судьбой время для любви.
Эмиль вошел в нее сверху, она сладостно застонала:
– Бери меня… бери… я хочу тебя, хочу!
Их тела сплелись замысловатым узором, каким переплетаются стволы декоративных растений. Охваченный страстью и сознанием обладания ею, он почувствовал, как она сильно сжала его ногами, и как все ее тело забилось в предчувствии чего-то большего, и чего-то очень желаемого. Несколько минут синхронных с ее телом колебательных движений, и стон радости слетел с ее нежных губ:
– Я улетаю, догоняй меня, милый…
Ее ноги разжались, но тело продолжало пульсировать в такт его движений. Минуты счастья и яркий оргазм накрыл его сознание, сметая все на своем пути – он застонал от удовольствия, сильно сжимая ее грудь. Шарлот прижалась к нему, и он почувствовал, как волна сладострастия прокатилась по ее гибкому телу.
– Я люблю тебя, Шарлот! – вырвалось у него откуда-то из глубины.
Целуя его, она стала сползать вниз, вдоль кровати. Отбросив копну рыжих волос со своего лица, Шарлот стала ласкать его еще не потерявший форму пенис, охватывая его губами. Голова у Эмиля закружилась от сильного желания снова и снова ощутить эти сладостные минуты блаженства. Помогая себе одной рукой делать поступательные движения с его пенисом во рту, она напряглась как струна, в предвкушении его и своего наслаждения. Теребя свободной рукой его соски, все больше увеличивая темп движений, и все глубже толкая пенис в рот, она была единственным и неповторимым исполнителем этого танца страсти, танца ласковых рук и губ.
Наконец, Эмиль сильно вздрогнул и оргазм, еще более мощный, захлестнул его, опьяняя рассудок. Стон слетел с его губ, и в те же секунды, как вернувшийся бумеранг, она разлилась в своем глубоком оргазме, все еще удерживая пенис во рту и ощущая его живительную влагу. Переведя дыхание, Шарлот сказала:
– Как мне хорошо!.. – и через паузу, – ты получил удовольствие, милый?
Эмиль опустился к ее лицу и, целуя ее небесно-голубые глаза, ответил:
– Ты мне доставила огромную радость, любимая! Мне еще ни с кем не было так хорошо!
Они лежали вместе, голова Шарлот покоилась у него на груди. Это был один из немногих счастливых моментов в его жизни, которые ему довелось испытать – мечтая, чтобы эта близость длились вечно, чтобы Шарлот всегда была рядом с ним!
Вскоре она подняла голову и, посмотрев на часы, висящие над кроватью, сказала:
– Мне пора вставать…
– Принести сюда вино, милая?
– Не надо, дорогой, ты только мне покажи, где у тебя ванная комната.
– Первая дверь по коридору налево, на полке лежат чистые полотенца.
Завернувшись в простынь, Шарлот пошла первой, подбирая на полу свое платье.
Эмиль смотрел на ее удаляющийся силуэт, такой изящный и такой желанный, и мысли о том, что они ни чем не предохранялись, и что он даже не спросил ее об этом – ударили ему в голову. Он быстро оделся и спустился вниз. Наливая вино и разламывая плитку черного шоколада, он не переставая думал о своей опрометчивости.
Сверху донесся звук, льющийся из душа воды; "Красавчик" в клетке исполнял высокую, пронизывающую пространство, трель, перелетая с одного места на другое. Услышав шаги по лестнице, Эмиль посмотрел на Шарлот: на ее удовлетворенном лице была тень забот и проблем.
Взяв свой бокал, и отпив глоток, она деловито заявила:
– Я не люблю черный шоколад… и мне уже надо уходить, ждут дела.
