В ночь на Рождество 1919 года Изабелла Гарднер почувствовала сильную головную боль. Утром следующего дня общее дурное состояние перешло в правосторонний паралич. В течение нескольких месяцев Белль удавалось сохранить «недомогание» в тайне. Даже самому близкому другу Джону Сардженту, приехавшему в Бостон для росписи интерьеров Музея изящных искусств, было отказано в посещении «в связи с эпидемией испанки».
Она начала раздавать памятные вещи своим родственникам и друзьям – ее знаменитый жемчуг и украшения из драгоценных камней – Изабелла постепенно прощалась с тем миром, который сама во многом создала. Тогда же она написала первый вариант завещания и руководство для будущего музея.
На закате своих дней, прикованная к креслу, «миссис Джек» помогла обедневшему русскому аристократу барону Розену. Потомок старинного дворянского рода, ведущего происхождение от рыцарей Тевтонского ордена, Р. Р. Розен был дипломатическим посланником России в Мексике, Сербии, Греции, Баварии, Японии. В качестве посла России в США барон Розен принял участие в выработке Портсмутского мирного договора. После революции 1917 года дипломат и бывший член Государственного совета эмигрировал в Америку, где жил в весьма стесненных материальных условиях. Изабелла Гарднер приложила значительные усилия для финансирования издания его книги «Сорок лет дипломатической службы».
Последний портрет Изабеллы кисти Дж. Сарджента
В сентябре 1922 года Джон Сарджент наконец встретился с Изабеллой и попросил разрешения написать ее новый портрет. Художник к этому времени уже не принимал такого рода заказы и лишь иногда писал портреты близких друзей. Сарджент боялся, что полупарализованная Белле откажет в просьбе. Но «фэнвейская затворница» одарила его своим знаменитым насмешливым взглядом: «Существует ли женщина, отвергнувшая ваше предложение позировать?»
Сарджент создал акварельный портрет. Сидящая на диване Изабелла, обложенная подушками, закутана в белую ткань с головой, словно бледный кокон, укрывший хрупкое больное тело. И только ее глаза, живые и умные, выдают силу духа восьмидесятилетней женщины. Она до конца осталась верна себе – белый цвет носили обычно молодые девушки; дамы в возрасте предпочитали темные тона. Сарджент подарил портрет хозяйке и всегда считал его одним из лучших в своем творчестве.
Менее чем через два года Изабелла Гарднер тихо скончалась в своем удивительном доме-музее. «Нести гроб высоко, на плечах несущих», – написала она в завещании. Изабелла Бостонская предусмотрела мельчайшие подробности своих похорон – отпевание в ее Испанской часовне, алую ткань гроба, белые розы. Гроб несли высоко – ее хоронили со всем полагающимся церемониалом. Как королеву.
Коллекции Изабеллы Стюарт Гарднер не суждена была тихая жизнь частного мемориала. В ночь на 18 марта 1990 года музей был ограблен. Двое молодых мужчин спортивного сложения, одетые в форму бостонской полиции, чуть позже часа ночи позвонили в боковую, служебную дверь особняка. Один из них, с включенной полицейской рацией на плече, показал в камеру наблюдения удостоверение и сообщил двум находящимся внутри охранникам, что поступил сигнал о подозрительном шуме в подвале музея. Пропущенные внутрь, грабители быстро связали обоих сторожей, не дав им воспользоваться кнопкой тревожной сигнализации. Затем преступники отнесли связанных охранников в подвал и приковали их наручниками к батарее.
Грабители отправились в темные покои дворца. Они хорошо знали расположение комнат и картин в них, и провели здесь немногим более часа. Впоследствии сотни публикаций были посвящены расследованию этого ограбления, и главный вопрос в них был, почему музейные воры выбрали определенные работы. Они не тронули всемирно известных Тициана, Рафаэля или Боттичелли, но сразу направились к двум картинам, висевшим в Голландской комнате на втором этаже.
Преступники вырезали из рамы «Шторм на море Галилейском», единственный известный искусствоведам морской пейзаж Рембрандта. Второй кражей в той же комнате стал холст Яна Вермеера Дельфтского «Концерт». На сегодняшний день в мире известно чуть более тридцати работ Вермеера, и самые опытные специалисты затрудняются в определении аукционной стоимости его картин. В качестве самого известного примера можно упомянуть тот факт, что агенты Гитлера вели настоящую охоту за холстами Вермеера по всей оккупированной Европе.
Украденное полотно Рембрандта
Преступники вынесли из музея тринадцать произведений искусства, но в дальнейшем бессистемном грабеже уже не прослеживался направленный заказ – не знакомые с рыночной стоимостью полотен, воры по всей видимости прихватили уже для собственной выгоды попавшие им под руку работы. Бандиты нигде не оставили своих отпечатков и забрали кассету видеокамеры наружного наблюдения, зафиксировавшей их приход. Музей, к несчастью, экономил на более совершенной системе сигнализации.