В доме они обнаружили сундук со старыми книгами, и он неожиданно зачитался каким-то древним советским романом под названием «Два капитана». Нашлась там и сказка «Незнайка на Луне», которую Анжелика читала Маринке перед сном. Поначалу Артем не знал куда себя деть без соцсетей и мессенджеров, и умирал со скуки, не имея возможности посмотреть хотя бы завалящий сериал. Но потом как-то в одночасье привык, и день занимал, помимо работы по дому и огороду тем, что болтался по чужим дворам, отгоняя Маринку, которая липла к старшему брату, как репей.
Гром грянул без предупреждения. Маринка, выбегая утром во двор, заверещала и тут же заплакала. Анжелика ринулась на улицу, за ней; на ходу надевая шлепанцы, бросился и Артем.
На спутанную желтую траву, где лежало старое рваное тряпье, карикатурно изображавшее очертания человека, кто-то положил громоздкую голову кабана. Кабан был мертв давно — шерсть слиплась, свалялась, глаза сгнили; в открытой пасти виднелось бурое месиво, когда-то бывшее языком. Колючий шарф был повязан на обрубок шеи.
«Кукла собрана полностью» — как-то отстраненно подумал Артем.
Анжелика громко ахнула, прижала к себе Маринку, спрятав в складки куртки ее голову.
— Боже мой, — прошептала она побелевшими губами.
За забором показалось лицо старика, который вытянув шею, смотрел на жуткую куклу.
— Эть..! — он мелко перекрестился, уставился на Анжелику. — То-то сердце неспокойное всю ночь, пошел проведать. Наврала ведь ты, матушка? В чем наврала?
— Я не врала… — еле слышно прошептала Анжелика и еще крепче прижала к себе плачущую дочь.
— Да не будут мертвяки тебе стража приставлять, коли не врала. Для годных то людей они оберег делают, а тебе — вон с мертвячьей головой! Это не оберег! Это стражник!
Анжелика прислонилась к бревенчатой стене, вжалась, словно хотела отстранитьсяот взгляда старика.
Артем прикидывал — мог бы этот тощий, немощный старик с палкой, который волочит ноги при ходьбе, притащить им кабанью голову и незаметно подкинуть ее во двор? Наверное, мог.
— Это ведь вы принесли, да? — негромко произнес он.
— Да зачем мне, дурья ты башка? Думаешь, одному тут куковать нравится? Стал бы я вас пугать! — досадливо плюнул Михаил Иваныч и снова обратилсяк Анжелике. — В чем наврала? Ну? Говори! Может, смогу помочь, пока стражник вас не придушил. Мертвые вранья не любят — страсть.
Анжелика молчала, лицо ее побелело.
— Наш отец — убийца! — выпалил Артем. — Серийный маньяк! Гараж оборудовал на окраине, девок туда затаскивал и…
Анжелика открыла дверь, затолкала Маринку в дом и сама скрылась, громко всхлипывая. Старик толкнул калитку, с трудом взошел на крыльцо, посмотрел сверху на жуткую куклу.
— Ну, рассказывай, — кивнул он Артему.
Отец Артема не преследовал свою бывшую жену и делать этого не мог при всем желании — он уже год сидел в СИЗО, где активно сотрудничал со следствием. Когда отца арестовали, они, его семья, ни на секунду не усомнились в его невиновности — был он мягкий, семейственный, даже немного подкаблучник, по мнению сына. Подобные люди не творят такие мерзости. Они все были уверены, что произошла чудовищная ошибка, и отец подвернулся полиции совершенно случайно. А изменилось все в один день, когда мать пришла с допроса с бледным, неподвижным лицом, и потом просидела два часа на краешке дивана, не шевелясь. Артем отпаивал ее горячим чаем, когда она неловко охнула и упала в обморок, пролив чай на ворсистую кофту.
Оказалось, что гараж оформлен на него. Оказалось, что его опознала последняя выжившая жертва. Оказалось, что в том подвале нашли камеру и несколько флешек с роликами.
— Они показали мне один ролик. Они сказали, это самый… — мать пошевелила пальцами, подбирая слово. — Самое мягкое, что там есть.
Артем тогда так и не добился, что было на этом ролике. Потом по телику вышла большая передача про отца, которую Анжелика запретила им смотреть. И так странно вышло, что Артем позднее всех узнал, чем же занимался их отец в подвале гаража. Ролик он нашел у одного блогера и посмотрел на телефоне, сидя в забегаловке на барном стуле. Его отец выбирал людей с отклонениями, и ему даже не было важно, взрослый это, ребенок или старик. Главное, чтобы был какой-то видимый дефект — умственная отсталость, инвалидная коляска, отсутствие руки или ноги.
У отца было подобие какой-то философии — он считал, что устранял дефектных, ненужных этому миру. С его точки зрения, это было даже милосердным, они ведь не успевали прожить полную боли жизнь.
В гараже нашли большую клетку полтора на полтора метра, куда он помещал своих жертв. Трупы отец не торопился хоронить, поселяя в клетку к уже погибшей жертве новую.