- Молодой человек, хватит уже заниматься ерундой. С какой целью прибыли, на сколько и далее.
- Ну, вы знаете, я столько слышал о Вашем прекрасном городе, что вот, понимаете... э... не сдержался. Решил, значит, посетить такие пенаты. Стал быть, чтоб... э... воодушевиться...
- Слушай, студент, у нас камера для языкатых всегда готова. С полным пансионом на трое суток. Оформлять? Давай уже подорожную.
Я хмыкнул. Сам начал и возмущается. Мы люди бывалые, сами казенное рифмоплетство освоили, не удивить нас оборотами. Сами кого хочешь заболтаем...
Порывшись в котомке, выудил свернутую в трубочку бумагу, полученную в Академии. Встал и протянул гному. Тот небрежно сорвал ленточку, развернул и вчитался. Нахмурился, положил бумагу на стол, старательно разровнял. Не глядя пошарил одной рукой в шкафу за спиной, вытащил огромную печать и от души приложил подорожную.
- Забирай! - барским жестом указал на бумагу.
Пришлось снова вставать. Скрутил рулончик, перехватил лентой, упаковал в котомку. И уточнил:
- Все?
- Не совсем, - гном степенно огладил бороду. - На кого пропуск будете оформлять?
Странный вопрос.
- На себя.
- А статус? - прищурился бородатый.
Чуя подвох, я решил сразу все уточнить:
- Какие варианты?
- Если быть предельно точным, то всего двести семьдесят два варианта. Вам все перечислить?
- Подходящие для меня есть?
- Специально для вас - есть. Называется "студиозус". Двенадцать золотых за седмицу или четырнадцать за полгода.
Вот расценки! Да за что?!
- Это грабеж среди бела дня!
- Вы имеете право подать жалобу. Однако, не рекомендую этого делать. Так как пока ваш статус не определен, вы не можете покинуть вокзал. Жить на скамейке седмицу неудобно, а приют у нас несколько дороговат. Правда, могу обеспечить полный пансион в одной из камер... если пожелаете.
- А дешевле варианты есть?
- Зачем? - искренне удивился гном. - Согласно формулярам, студиозусы имеют право на двадцатипятипроцентную скидку на постоялых дворах, в городском транспорте и даже на все виды услуг на Игре! Единственное исключение - напитки, курево и иные субстанции, содержащие дурманящие вещества, продаются с наценкой в пятьдесят процентов. И у нас с этим, молодой человек, очень строго: штраф на порядок дороже нарушения!
- Мне не понятна логика. За седмицу двенадцать, за полгода -- четырнадцать. Итого за седмицы даже одного золотого много!
- В другое время года так и есть. А сейчас - Игры! - хитро прищурился гном.
- Завтра будет дешевле?
- Дороже!
- С чего бы? - недоуменно спросил я.
- Так билеты дешевле!
- Если билеты дешевле, а въезд дороже - какой смысл?!
Гном пыхнул трубкой и важно пробурчал:
- Экономия, молодой человек, приводит к лишним растратам. А для города, значит, к дополнительным доходам. Не знаю как вам, а нас вполне устраивает.
Вот же пройдохи. Все у них учтено. Небось и цены на эту радостную Седмицу Большой Игры подскакивают до небес. Так, глядишь, и пятьдесят золотых, полученных в Академии, не хватит.
- Давайте, - закряхтел я и полез в кошель. - Девлары с вами!
- Прошу заметить - с нами правильный подход! А не вшивые зверушки.
- Видели бы вы тех зверушек...
Гном пренебрежительно фыркнул. Снова не глядя порылся рукой в шкафу, выудил большую шкатулку. Из светлого дерева, с темными прожилками, безо всяких украшений. Видел я один раз такую - под стеклом, в малом выставочном зале Академии. Неброская вещь, стоящая уйму денег из-за маленькой особенности настоящего эльфийского дерева. Подумаешь, натуральный накопитель магической энергии. Ни магов, ни заклинаний -- черпает силу прямо из окружающего пространства, да и хранит в себе. А если внутрь положить амулет какой - так еще и заряжать его будет.
Я высыпал горку золотых кругляшей на стол (так просто отдать целую кучу деньжищ ни за что!). Гном небрежно сгреб дань рукой, ссыпал в стол. Осторожно открыл шкатулку, вытащив на свет обычную круглую печать.
- Ну-с, студиозус, куда лепить то будем?
Я хмуро посмотрел на печать, зажатую в крепкой лапе бородатого гнома с плечами штангиста, и процедил сквозь зубы:
- Небось еще акция: "Безболезненный штамп за пару золотых"?
Гном гулко заржал - трубка, воспользовавшись удачным моментом, выпала изо рта и прокатилась по бороде, оставляя за собой дорожку из красных точек. Крепыш выругался, шустро смахнул огоньки с бороды и выскочил из-за стола. Отряхнул штаны и рубаху, после чего нырнул с головой обратно.
- Ох, шутник, ох доиграешься! - прогудел гном, выбравшись на свет с трубкой в руке. - Печать на ауру ставится! Но я поинтересуюсь у господ магов -- авось для некоторых на задницу придумают что клепать!
- Поинтересуйтесь, - хмыкнул я. - Господа маги юмора не понимают, могут сразу просителя и приголубить.
Гном не обратил внимания на выпад: зажав в руке печать и выпучив глаза, стал шептать тарабарщину. Потом, осенив меня рукой, махнул печатью. Вытер разом вспотевший лоб.
- А теперь, студиозус, что?
- Пойду.
- Стоять! - рыкнул гном. Сунул лапищу в эльфийскую шкатулка и явил на свет еще одну печать - маленькую, скособоченную, затертую до черноты.