Вообще при чтении подобных сюжетов прежде всего бросается в глаза явное увлечение автора медициной, его стремление не упустить ни одной возможности показать свои познания в этой области. При этом, даже если речь идет о венценосных больных, как в случае с Лотарем или с Оттоном II (III, 96), автор как будто напрочь забывает, что пишет о царственной особе, методично перечисляя симптомы заболевания, как бы непривлекательны они ни были. Что ж, в то время, как, наверное, и во все времена, многие увлекались медициной на любительском уровне, и сам Герберт не прочь был иной раз рассказать в письме к другу о своих недугах или пообещать прислать лекарство[688]. Представления Рихера о медицине основывались на учении Гиппократа и Галена о естественных причинах заболеваний и о телесных соках, нарушение сочетания которых влечет за собой болезнь. Поэтому у Рихера довольно часто упоминаются, соки («rumores»: I, 11, 13, 56, 65; II, 37, 103 и т.д.), а болезни проистекают от осеннего или весеннего похолодания или потепления (складывается впечатление, что для Рихера весна и в особенности осень — нездоровое время года), от внезапного переохлаждения разгоряченного тела (III, 14). Болезни связаны с влиянием окружающего мира. поэтому о приближении эпидемий у Рихера возвещают горящие знаки в небе и другие предзнаменования (I, 52, 65). При описании недугов Рихер употребляет и латинские, и греческие термины, например, печень он обозначает словом греческого происхождения «ераг» или «hepar» (I, 4, 6; III, 14; IV, 5), а не латинским «jecur», приводит два варианта названия болезни архиепископа Адальберона — греческий и латинский (IV, 24). Автор очень ценит знания, полученные у древних, так что в эпизоде о состязании двух врачей победу у него одерживает его соотечественник, хорошо подготовленный теоретически (II, 59). Все это может скорее говорить о любительском увлечении медициной и медицинскими трактатами.
