Разгадка этого явления заключается.очевидно, в том, что Рихер строил свое изложение отнюдь не как подобие анналов или хроники: его сочинение состоит из отдельных историй, внутри которых хронологический порядок, в общем, соблюдается. Так, в главах 22-41 третьей книги автор рассказывает о деятельности Адальберона в начале его архиепископства, хронологические рамки этого рассказа 969-весна 972 г. Следующие главы (III, 41-65) посвящены Герберту Орильякскому и начинаются с рассказа о его юности (родился между 945 и 950 гг.), а заканчиваются отчетом о диспуте Герберта с Отриком, который состоялся в декабре 980 г. В эпизоде с диспутом уже действует император Оттон II, однако только в 67 главе Рихер сообщает о смерти Оттона I (973 г.) и о возведении на престол его сына. Коронация сына Лотаря, Людовика V (III, 91; июнь 979 г.) состоялась в действительности еще до примирения Лотаря с Оттоном II (III, 81; июль 980 г.) и с Гуго Великим (III, 90; 18 июня 985 г.), но Рихер, очевидно, пожелал выделить в один рассказ все, что связано с коронацией Людовика V и с планом сделать его королем Аквитании (III, 91-95). О том, что после смерти Оттона II в его королевстве поднялся мятеж, автор сообщает дважды (III, 97 и 99), в одном случае речь идет о неудачной попытке Лотаря заключить договор с мятежником Хезилоном (III, 97-98), в другом — о том, как Лотарь воспользовался смутой в Германии, чтобы захватить Верден[753]. Рассказ о своей поездке в Шартр (IV, 50), которая состоялась до пленения Карла Лотарингского, он помещает после соответствующего эпизода (IV, 47). Н.Бубнов полагает также, что бегство пленного епископа Адальберона из Лана (IV, 20) произошло уже после второй неудачной осады Лана королем (IV, 21-23), однако в главе 19 речь зашла о башне Лана, поэтому в следующей главе автор и рассказал о побеге епископа из этой башни, а затем вернулся к описанию действий короля[754]. Следует заключить, таким образом, что, пожалуй, наиболее верным переводом заглавия сочинения Рихера, которое переводилось и как «История своего времени»[755], и как «История Франции»[756], является все же перевод дословный: «Четыре книги историй» или «Истории в четырех книгах», ибо оно представляет собой подобие мозаики, собранной из различных историй, заимствованных у Флодоарда или составленных самим автором, подвергшихся влиянию как античной историографии, так и современных автору героических легенд, что и определяет не в малой степени неповторимое своеобразие труда реймского монаха.
