В гуще событий. После смерти Льва Хазара (780 г.) ситуация в Византии резко меняется – началась борьба за престол между его вдовой и другими претендентами, ослабившая империю. В то же время в Закавказье (Грузия, Армения, Албания) зрело недовольство арабским засильем. Что касается Хазарии, то она настолько оправилась от нанесённого ей Мерваном поражения, что сама стала активно вмешиваться в кавказские дела. Нет ничего удивительного, что на исторической арене в нужный момент появился Леон II, ближайший родственник хазар на самом высоком уровне. С помощью их он произвёл подобие дворцового переворота (возможно, после смерти Леона I). Геополитически Абхазское царство как независимое государство уже созрело, чем, естественно, воспользовался Леон II. Состояние Абхазии в начале правления Леона II хорошо передаётся в грузинском источнике «Мученичество Або Тбилели», в котором рассказывается о судьбе арабского юноши, слуги картлийского эрисмтавара Нерсе, казнённого в 786 г. за переход в христианство. Блаженный Або (Хабиб) с радостью увидел христолюбивую страну Абхазию с её народом, правителем, епископом и священниками. И только тесные контакты Леона II Абхазского с хазарской элитой позволили Нерсе заблаговременно укрыть свою семью в Абхазии, а самому бежать от арабов в сопровождении 300 всадников к хазарскому кагану за помощью в борьбе с общим врагом. Покинув Хазарию, Нерсе ещё несколько месяцев прожил в Абхазии, ожидая результатов переговоров своего племянника Степаноза, которого арабы назначили эрисмтаваром вместо него. Становится понятным, почему Леон II перенёс к концу своей жизни столицу Абхазского царства из Анакопии в Кутаис, находившийся в большей удалённости от границ Византийской империи и наикратчайшем пути в Хазарию. А на вопрос, поставленный вначале: почему Леон II, фактически первый царь абхазского раннефеодального государства, не попал в список (диван) абхазских царей, можно ответить следующим образом. Во-первых, Леон I (дядя Леона II) был узаконен самим византийским императором на право наследования Абхазией, а Леон II как бы это проигнорировал. Во-вторых (возможно, основная причина) – его происхождение. Нельзя исключить, что на формирование личности Леона II большое влияние оказала мать-хазарка, которая в отличие от своей сестры Чичак (Ирина), скорее всего, исповедовала либо традиционную языческую, либо новационную иудейскую религию, которую царь Обадий сделал в начале IX в. государственной религией Хазарии.
Возможно, поэтому Леон II был менее подвержен христианству, чем его дядя. Следует также задуматься над символикой древнейшего яруса Х в. дворца в Лыхны, на северном фасаде которого изображён крест, вписанный в шестиконечную звезду Давида. Не является ли это репликой синкретизма двух религий в Абхазском царстве?! В свою очередь, у хазар наблюдалась веротерпимость к христианству.
Говоря о традиционной религии у древних абхазов и хазар, следует отметить их особое почитание божества грома и молнии (соответственно Афы и Куара), поклонение деревьям (особенно дубу), нанесение себе увечий при похоронном обряде и т. д.
Контакты между Абхазским царством и Хазарским каганатом нашли своё отражение и в археологических материалах, связанных с керамическим (амфоры салтово-маяцкого облика, стройные кувшины с плоскими ручками, пифосы с налепленным валиком и т. д.) и железообрабатывающим (наконечники стрел, сабли, некоторые орудия труда и т. д.) производствами данных стран.
Итак, абхазы и хазары, как видим, создали в своё время могущественные раннефеодальные государства, которые противостояли арабам и остановили их продвижение в Европу; одного этого достаточно, чтобы обеспечить этим народам прочное и достойное место на страницах всемирной истории.
§3. АБХАЗИЯ И АЛАНИЯ В I ТЫСЯЧЕЛЕТИИ
«Славные» абасги и апсилы (предки абхазов), «пылкие» аланы (предки осетин) упоминаются в произведениях античных авторов уже с первых веков нашей эры. Как и скифы в эпоху переднеазиатских походов, зачастую теми же маршрутами, такими же воинственными «звонконогими» конными дружинами аланы проникали на территории крупнейших государств древности.
В 1 тыс. н. э. связи между абхазами и аланами были разной степени интенсивности, в зависимости от политической ситуации. Особенно зримо они проявлялись в VI–VII вв. и в VIII–Х вв.
Все события, происшедшие тогда на Кавказе (если смотреть глазами византийцев, иранцев и арабов), тесно связаны с международной политикой, когда интересы крупнейших держав мира того времени – Византии, Сасанидского Ирана и Арабского халифата столкнулись в этом регионе.
