Она задумалась: «А может, медведица права? Ведь медведи всегда так жили. Нет, это неправильный порядок отношений. Это Адам их убедил так жить, чтобы подстегнуть свое мужское эго. Чтобы самцы не брали на себя ответственность. Я все больше и больше убеждаюсь, что Творец разочаровался в Адаме, поэтому сотворил меня. Ничего, я наведу здесь порядок!»
— Глупая ты медведица, и медведь твой бестолковый! — сказала Ева и пошла прочь.
Медведица не знала, что сказать в ответ. Хотела спросить про обещание Адама решить вопрос по удлинению лап, но не стала: что-то произошло с Евой, и это что-то очень нехорошее. Она проводила женщину взглядом и вернулась к медвежатам, которые увлеченно поглощали малину.
Ева шла в глубоких раздумьях: «Нужно заглянуть к бобрам — вот у них правильные отношения. Бобер-самец всегда заботится о своей бобрихе-самочке…»
Ева застала бобров за строительством хатки.
— Рада видеть тебя, Ева! — с улыбкой произнесла бобриха.
— О! Какие гости! — радостно воскликнул бобер.
— Привет, привет, — сухо ответила Ева. — Как идет стройка?
— Как видишь, хорошо! — ответил довольный бобер. — Мы только что набрали стебли, что молодыми побегами растут из корней. Адам хотел устранить этот дефект: отростки мешают полноценному росту дерева, но мы попросили их оставить. Они очень хороши для наших сооружений.
Тут он замер, присмотрелся, как будто что-то просчитывая, и спросил бобриху:
— Как ты думаешь, если мы чуть сдвинем опорную часть, не ослабнет ли от этого конструкция?
Бобриха внимательно взглянула на каркас и ответила:
— С моей стороны нет: ветви не прогибаются.
Бобер залез в хатку и, немного повозившись, вылез наружу. Посмотрел на вход и задумчиво спросил:
— Как думаешь, вход сделаем пошире или оставим как есть?
— Давай сделаем пошире, — ответила бобриха, — просторный вход — это хорошо!
— Дорогая, есть предложение использовать более гибкие ветви поверх крепких. Это значительно уменьшит нагрузку на каркас.
Ева, внимательно следившая за стройкой, начала раздражаться.
— Ты можешь сам хоть что-нибудь решить? — выпалила она. — Что ты как маменькин сыночек, почему бобриха должна за тебя все решать?!
Бобер с бобрихой от удивления открыли рты и уставились на Еву.
Первой из оцепенения вышла самка.
— Ева, что с тобой? Мы же всегда все делаем вместе, сообща. И плотины строим, и детей будем воспитывать. И вот хатку тоже…
Тут вмешался бобер:
— Ева, я не могу не учитывать пожелание супруги. Если я буду действовать, не посоветовавшись, то сделаю так, как удобно только мне. Мне обязательно нужно знать ее мнение. Так мы находим самые оптимальные решения.
— Так, девушка, отойдем-ка в сторонку, — предложила Ева бобрихе.
Та вопросительно взглянула на бобра, он одобрительно кивнул. Они отдалились от пруда на такое расстояние, чтобы бобер их не услышал. Ева взглянула на бобриху с сочувствием и произнесла:
— Ты никогда не задумывалась, что взяла в пару не того бобра? Он же тряпка, с ним ты не будешь счастлива. Ведь ты же самка! Он, как самец, должен избавлять тебя от проблем и все решать сам. Послушай меня, пока еще не поздно: расстанься с ним. На соседнем пруду, к востоку отсюда, появился молодой самец. Может, тебе с ним больше повезет? Давай я прямо сейчас пойду к нему и намекну про тебя?
Бобриха пристально взглянула на Еву и произнесла:
— Не лезь в нашу семью и не смей ее разрушать!
Затем повернулась к Еве спиной и пошла к пруду. Когда она вернулась, бобер спросил ее, о чем был разговор. Бобриха рассказала ему все в подробностях.
Он задумался и ответил:
— Чувствую, что-то нехорошее надвигается. Грядут большие изменения…
— Я тоже это чувствую, — ответила бобриха, с тревогой смотря в сторону, куда ушла Ева.
«Неблагодарная! — с раздражением подумала Ева. — Я же ей добра желаю. А она… И медведица со мной тоже спорила. Да как они вообще смеют?! Они всего лишь животные, а я — человек! Я имею дух Самого Творца, а они нет. Они должны меня слушаться. Ничего, я придумаю, как заставить их подчиниться!»
Она присела у ручья и задумалась. В памяти всплыли ошарашенные лица бобров и удивленное лицо медведицы. Закрадывалось сомнение: а может, они правы? «Это их семейный уклад, их гармоничные взаимоотношения. А я чуть было не разбила бобриную пару. Так делать нельзя, ведь они однолюбы. Если их разлучить, они уже не смогут создать новые пары. А медведица? И правда, ей с медведем будет неудобно в одной берлоге. Да и медвежата могут пострадать. Что-то я совсем запуталась: я же для них стараюсь и делаю как лучше, а получается как-то коряво. Может, они правы, возможно, со мной что-то не так. И чего я так взъелась на их самцов? Неужели я таким образом проявляю недовольство Адамом? Это как-то странно, ведь он мой самый любимый, самый умный, самый красивый».
