– Сегодня состоится поединок между Ариадой, ходящей в сумерках, и Ламом, крещённым кровью синих гор. Поединок двух достойных. В случае победы Лама он получит право первым выбрать кусок с сегодняшнего вечернего блюда…
“ Не иначе как с меня… ” – мысленно фыркнула девушка.
– … если же случится так, что выиграет Ариада, мы отпустим её и её спутника с миром, – завершил Дон.
Толпа орков неодобрительно заворчала, но не слишком громко, всё-таки у шамана был немалый авторитет, к тому же в победу человеческой самки, над одним из сильнейших в племени никто в серьёз не верил. Никто кроме самой вестницы.
– Пусть же начнётся поединок, – повелел между тем Дон и сел назад на трон.
Лам подхватил свой огромный топор и танцующей походкой направился к Ариаде. Певица сосредоточилась, отрешилась от криков толпы, от возобновившегося барабанного боя, от наготы своего оппонента.
Сердце глухо ударило в ушах, и девушка резко выдернула из ножен свой клинок. Меч-баньши почувствовал настроение своей госпожи и издал леденящий души вой. От неожиданно резкого и сильного звука орки шарахнулись назад, даже Лам замедлил свой боевой танец. Голос магического клинка угрожал ужасной смертью всем, кто посмеет хотя бы пальцем прикоснуться к его госпоже. Вестница чувствовала пульсацию, дрожь, поток силы, бьющий из меча как вода из шланга, волны звука исходили от оружия.
Ариада почувствовала, как мутнеет сознание, как накатывает желание разрушать, убивать, наслаждаться этим, забываться в этом. Миг она упивалась чувством превосходства, а потом вскинула меч-баньши, указывая на своего противника, и резко выдохнула воздух. Плотная почва площади вспучилась, лопаясь от чудовищной силы летящей над ней. Лам в самый последний миг закрылся топором, но это помогло лишь отчасти, двухметрового зеленокожего бугая, будто пушинку, подняло в воздух и швырнуло о землю.
Вестница шагнула вперёд, легонько подпрыгнула и за её спиной развернулись красивые серые крылья, которые подхватили певицу, в мгновение ока донеся её до противника. Не давая орку возможности подняться, девушка зависла над ним и ударила его звуковой волной ещё разок, впечатывая в землю, после чего приземлилась, становясь одной ногой своему противнику на грудь, а другой наступая на запястье всё ещё сжимающее рукоять топора. Кончик меча-баньши упёрся зеленокожему в горло. Но смертельного удара Ариада не нанесла. Размеренно махая крыльями, готовая в любой момент взвиться в воздух, вестница разомкнула уста и до невозможного просто произнесла:
– Я победила.
Орки молчали. Ошарашенный Лам даже не делал попытки двинуться. В тишине прошла минута, потом вторая, наконец, со своего трона медленно поднялся Дон, и все взгляды немедленно обратились к нему.
– Почему ты не убила его? – спросил чернокожий лидер племени.
– Не видела в этом смысла. Мне ни он, ни другие орки – не враги. Зачем зря проливать чью-либо кровь, если можно обойтись без этого? – вопросом на вопрос ответила девушка. Шаман молчал несколько секунд, потом кивнул и подтвердил:
– Ты победила.
Певица отлетела в сторону от поверженного противника и приземлилась на землю, втягивая крылья в спину и убирая всё ещё вибрирующий меч назад в ножны.
– Кто ты? – между тем спросил Дон, пристально смотря на Ариаду. Девушка на миг замешкалась, вопрос однозначно подразумевал какую-то глубокую мысль, а не просто имя или класс. Впрочем спустя секундное размышление певица не нашла ничего лучше как просто не слишком уверено произнести:
– Я – вестница.
– Вестница… о чём твоё известие?
“ И что вообще подвигло меня так назваться? ” – грустно подумала девушка и ответила:
– Я точно не знаю… но, как правило, я не приношу ничего хорошего, извините, – Ариада натянуто улыбнулась.
Шаман молчал, наверное, минуту, потом кивнул:
– Я понял тебя. Мы будем помнить – ты показала нам нашу слабость – нашу гордыню. Это урок что преподносят нам небеса. Мы благодарны тебе, вестница.
Певица сочла за благо промолчать. Толпа зрителей ожила, загудела. Вестница почувствовала некое неудовольствие в этом рёве, но направленное не на себя, а на поднимающегося с земли Лама. Он проиграл человеку, самке и не просто проиграл, но даже не нанёс ни одного удара! Ариада невольно даже посочувствовала ему. Орк, не поднимая с земли топора, приблизился к ней, несколько секунд смотрел глаза в глаза, потом повесил голову и поплёлся прочь, так не произнеся ни слова. Следом за ним стали расходиться и другие орки. Вскоре на площади почти никого не осталось, только чернокожий Дон, его телохранитель и, разумеется, Даймос, явно не верящий в спасение. Певица миг мешкала, потом подошла к шаману и спросила:
– Почему Лам так посмотрел на меня?
– Ты не убила его.
– А должна была?
Чернокожий лидер племени помолчал немного, потом пожал плечами:
– Для орка лучше погибнуть в бою, чем быть помилованным противником. Ты даже не пролила его крови, так взрослый беззлобно отталкивает неумелое дитя. Ты назвала его – слабым перед лицом всего племени.
– Но я не хотела этого, я просто должна была выиграть…
