Закончив с обедом, Ариада вежливо поблагодарила мускулистую орчиху за еду и вышла из-под навеса на центральную площадь. Маг земли тенью последовал за своей заступницей, он вовсе не выглядел уверенным, скорее напуганным и взъерошенным. И, разумеется, ему не было никакого дела до внутреннего устройства лагеря орков Ариада же, напротив, с некой горечью обнаружила, что даже после смерти Белит ей всё ещё может быть интересно. Мысли то и дело возвращались к облику сероглазой воительницы, но сознание вестницы будто отгородилось от произошедшего, выстроив временной барьер, толкнув сознание певицы на годы вперёд. Смерть её возлюбленной Белит была как факт, но была где-то не здесь, где-то далеко… где-то в другой жизни, где сама она была другой.
“ А ведь прошло чуть больше недели ” – “вспомнила” Ариада и грустно вздохнула.
После настоящей смерти Белит всё было не так как после того случая на Базаре, когда воительница провалилась в чёрную бездну. Тогда певица металась, судорожно пытаясь найти, собрать, вернуть свою любовь и своё счастье, сейчас же она понимала, сколь жалкими выглядели тогда все её потуги. Впрочем, и сейчас её то и дело порывало вновь бросить все силы на поиски, но она останавливала себя и не только из-за обещания данного покинувшей её подруге, но и из-за осознания хрупкости бытия. Ариада – желай она того или нет – повзрослела.
Вестница решительно мотнула головой, отвлеклась от своих печальных размышлений и посмотрела вокруг. Центральную площадь поселения готовили к предстоящему поединку. Тщательно вычерчивали углём на жёсткой земле круг, за который не могли переступать зрители, освобождали площадь от всего, что могло помешать, устанавливали некое подобие трона, на котором предстояло восседать шаману.
Певица немного понаблюдала и отправилась бродить между хижинами, рассматривали всевозможные, диковинные вещи, которые собирали орки. Зеленокожих нисколько не волновали свободно разгуливающие пленники, толи в их представлении о чести не попадало даже предположение того, что Ариада и Даймос могут сбежать, толи они были настолько уверены в своей способности их вновь поймать, что предпочитали об этом даже не задумываться. Недалеко от жилища шамана вестница обнаружила целую пирамиду из черепов и судя по всему черепов орков.
– Что это? – спросила девушка у проходящей мимо орчихи.
– Наши враги из соседних племён, – ответила она с некой гордостью, и направилась по своим делам.
Блондинка проследила за ней взглядом. Орчьи женщины действительно удивляли своей брутальной мускулатурой, способной в некоторых случаях даже поспорить с представителями сильного пола. Конечно, они были не столь широки в плечах, но выглядели всё же более чем внушительно.
Стайка орчьей ребятни показалась из-за угла соседнего здания и немедленно заняла позицию сразу же за посеревшим Даймосом. Ариада посмотрела на них и обнаружила, что у многих из них имеется оружие и вовсе не детское – копья в полтора их роста с металлическими острыми наконечниками, топоры и палицы. Присмотревшись, вестница постановила, что детей женского пола среди этой стайки – нет. Ещё немного постояв на месте, певица, слегка скривив губы, улыбнулась своему эскорту и неспешно двинулась дальше, обходя орчий лагерь.
Впрочем, обнаружить ещё что-либо интересное кроме ям со скотом не вышло, поселение было строго военного типа и никаких культурных достопримечательностей, если не считать за таковые пирамиды черепов, не содержало. Чувствуя лёгкую усталость и сонливость, после прерванного накануне ночного отдыха, Ариада подошла к одному из стражников и вежливо поинтересовалась, где им можно отдохнуть. Зеленокожий помолчал немного, потом ткнул лапой в хижину, стоящую чуть на отшибе. Лишь подойдя к ней в упор, вестница поняла, что по убранству это жилище не уступало дому шамана, хотя размером было, разумеется, меньше. Даже имелся отдельный туалет сзади строения.
“ Наверное, это жилище для гостей. Не стали бы пленникам выделять такое, их, наверное, кинули бы в какую-нибудь яму как скот, дожидаться своей очереди на убой ”.
Девушка осторожно зашла под крышу здания и, пропустив спутника внутрь, отпустила шкуру-дверь на её законное место. Всю площадь строения занимала большая комната с двумя круглыми прорезями окон, завешанных шкурами, низенькая кровать из связок бамбука, застеленного опять таки шкурами.
Ариада оглядывалась по сторонам и подошла к кровати, но тут её спутник неожиданно обрёл дар речи:
– Вши.
– Что? – девушка обернулась к нему.
– Тут наверняка полно вшей.
Певица моргнула, с сомнением посмотрела на кровать, потом отступила от неё и, подойдя к стене, сложенной из ровного камня, уселась на пол, прислоняясь к ней спиной, вытягивая ноги. Сонно зевнув, вестница прикрыла глаза, склоняя подбородок на грудь.
– Почему мы не сбежим? – спросил Даймос, сиплым голосом.
Ариада подняла взгляд на своего спутника, тот расценил его как вопрошающий и продолжил:
– Ты же можешь войти в двойной сумрак и оркам со своими татуировками не угнаться за нами. Мы же точно также убегали от тех психов на Базаре.
