И, наконец, о прочных связях Аварии с монголами во второй половине XIV в. свидетельствует хранившаяся в архиве аварских ханов грамота от имени «татарского» князя «Бахти». По поводу этой грамоты Умма-хан, Нуцал IV, Аварский, сообщил якобы русским офицерам, что «авары», подданые его предка, «бунтовались» против последнего и «его из владения своего выгнали». Речь, очевидно, идет об Амир-Султане. Лишенный трона предков Умма-хан отправился в Орду и, получив там «войска в помощь», возвратился в горы, «подданных своих смирил и успокоил». Он таким образом над аварами укрепился, а письмо укрепительное, которое он из Орды с собой принес, и ныне еще в его, то есть Умма-хана, в «охранении».
Разобравшись в общей военно-политической ситуации на Кавказе с нашествием монголов, местная оппозиция царю Серира с помощью тюрок-наемников, которые составляли основное ядро дружины царя Серира, установила в Аварии новую власть нуцалов. Ориентация новых правителей страны на монголо-татар и определила значительное расширение территории государства, а также отмечаемые письменными источниками успехи в развитии хозяйственной деятельности местных народов.
Таким образом, мнения историков о гнете монголов на завоеванных территориях, в том числе и в Аварии, вызывают большие сомнения, поскольку не находят подтверждения. Промон-гольская ориентация новых правителей (нуцалов) Аварии и служила, очевидно, гарантией безопасности страны от возможных внешних вторжений, в том числе и от самих монголов.
Монголо-татары, имея политическое влияние на Аварию, способствовали и развитию феодализма в стране, о чем может свидетельствовать распространение титулов новых правителей под названием нуцалы и ханы. Новые, монгольские по происхождению титулы не могли быть приняты местными правителями без их влияния. С ними связана и распространенная в Аварии практика раздачи грамот и ярлыков монголами на право правления.
С монголами отчасти связано и укрепление ислама в горах, где новая религия имела еще слабые позиции. Ставленник монголов султан Ширвана Каутар-шах, заключив союз с царем Аварии, выступил против Кумуха далеко не случайно. Союз с монголами, покорившими огромные просторы Евразии и выступавшими доминирующей силой и на Кавказе, является свидетельством промонгольской ориентации новых правителей Аварии. Подобная ориентация могла быть связана, как уже отмечалось, не только с усилившимся влиянием тюркских военных наемников и тарханов при дворе царей Аварии, но с и дальновидностью местных правителей, разобравшихся в новой военно-политической обстановке, сложившейся на Кавказе. Заключив союз и установив династические связи с промонгольскими правителями Ширвана, новые владетели Аварии обезопасили страну от возможных вторжений монголо-татар. Подобный дипломатический ход местных правителей является, очевидно, и главной причиной отсутствия в источниках сообщений о вторжениях монголо-татар в пределы Аварии.
Мировая история древности и средневековья изобилует именами крупных и мелких завоевателей, создававших иногда недолговечные, а порой более или менее устойчивые государственные образования или даже мировые державы. Одним из таких завоевателей является Тимур, известный европейским народам как Тамерлан (от персидского Тимур-ланг — «Хромой Тимур»). Будучи поклонником основателя Монгольской империи, Тимур поставил перед собой задачу, которую так и не удалось решить его предшественнику: создание мировой державы. Но если Чингис-хан, как представитель кочевой среды измерял пределы будущей империи пространством, куда дойдут копыта монгольских коней, то Тимур формулировал свои задачи конкретнее: «Все пространство населенной части мира не заслуживает того, чтобы иметь больше одного царя». Тимур создает в 70-е годы XIV в. в пределах Маверанахра государство, границы которого затем распространились до Эгейского моря и Палестины. Держава Тимура охватывала и территорию Кипчакской степи — степное пространство, занимающее современную Европейскую часть России, Украины, а также Казахстана.
В 80-е годы XIV в. он приступил к планомерному завоеванию Кавказа. Главное орудие в этих завоеваниях — непревзойденная жестокость и террор. Меткую характеристику действиям Тимура дал К. Маркс: «Политика Тимура заключалась в том, чтобы тысячами истязать, вырезать, истреблять женщин, детей, мужчин, юношей, таким образом всюду наводить ужас… Он всюду разрушал города, предавал их огню, а жителей замучивал насмерть… Тимур ушел и всюду оставил за собой безмолвие кладбищ». Аналогичную характеристику Тимуру дает и академик В. В. Бартольд: «…В действиях Тимура мы находим утонченное, болезненно-извращенное зверство, которое проявляется в массовых казнях». Поэтому нашествие Тимура было временем величайших бедствий, выпавших и на долю Аварии.
