Таким образом, в эпоху мезолита, как считают исследователи, в горном Дагестане была распространена своеобразная культура, которая получила название чохской. Памятники этой культуры в настоящее время известны в основном на территории Гунибского и Левашинского районов. И важно отметить, что исследования мезолитических памятников свидетельствуют, что не прерывающееся впоследствии обживание людьми территории горного Дагестана началось с послеледниковой эпохи, около 10-9 тыс. лет тому назад (Амирханов X. А., 1987). Именно в это время в горном Дагестане впервые складывается своеобразная чохская культура, отличавшаяся от других кавказских культур того времени. К этому времени исследователи относят и начало формирования пронахско-дагестанской этнической и языковой общности, существование которой обосновано данными сравнительно-исторического языкознания (Бокарев Е. А., 1961).
Люди, оставившие памятники чохской культуры, переселились, по мнению некоторых исследователей, из Северного Ирана в горный Дагестан по окончании ледниковой эпохи, около 10 тыс. лет назад. Однако с учетом того, что уровень Каспия с началом оледенения также резко понизился и, соответственно, обширные пространства его северного шельфа превращались в плодородные межречные долины, здесь, возможно, и зародилась культура, распространившаяся с поднятием уровня моря в горных районах Дагестана.
В целом, как свидетельствуют комплексные данные археологических исследований, материалы сравнительно-исторического языкознания и палеоантропологии, еще на заре первобытнородового строя в горных районах Дагестана сложилась одна из самых древних на Кавказе этнокультурных общностей, объединявшая предков носителей восточно-кавказских, или нахско-дагестанских, языков (Гаджиев М. Г., 1991). Создателями этой общности, судя по месту зарождения культуры и данным языка, очевидно, являлись далекие предки горцев Дагестана.
Наши представления о следующей неолитической эпохе в Дагестане основываются на материалах таких памятников, как поселения Буйнакское, Тарнаирское, Сага-Цука, святилище Харитани-1, озеро Кезенойам и др. Однако особое место среди неолитических памятников Дагестана занимает уже отмеченное и наиболее исследованное Чохское поселение, возникшее еще в мезолитическую эпоху. В неолите 8–6 тыс. до н. э. чохская культура претерпевает глубокие изменения, вызванные коренным переломом в хозяйственной деятельности и быте ее носителей, возвестившие начало новой эпохи — эпохи производящего хозяйства. Появляются каменные жилища, рассчитанные на длительное проживание, различные домашние промыслы, в частности не известное прежде гончарное производство. Появляются новые земледельческие орудия труда, включающие кремневые изделия и зернотерки. На поселении были обнаружены окультуренное зерно и кости домашних животных. Таким образом, главным достижением неолитических племен горного Дагестана, судя по материалам чохского поселения, явился переход к производящему хозяйству, основанному на земледелии и скотоводстве.
В благоприятных природных условиях Дагестана, с его богатым растительным и животным миром, здесь были все предпосылки для приручения животных и окультуривания злаков. Академик Н. И. Вавилов отмечал, что наиболее древние области возделывания хлебных злаков сосредоточены на Кавказе, в Юго-Западной Азии и на сопредельных территориях. «Закавказье, Дагестан, — писал он, — непосредственно входят в очаги происхождения первоначальных земледельческих культур». Подобное заключение выдающегося ученого впервые нашло археологическое подтверждение в неолитических слоях Чохского поселения. Обнаруженные на поселении зерна окультуренных злаков (пшеницы и ячменя), а также зернотерки и мотыжки, костяные и каменные основы жатвенных ножей с кремневыми вкладышами-микролитами свидетельствуют о том, что в горном Дагестане совершилась так называемая неолитическая революция уже 8 тысяч лет тому назад (Амирханов X. А., 1987).
Установлено, что начальной формой хозяйства являлось земледелие, основанное на использовании земельных участков (террас), которые орошались и пополнялись плодородной почвой, смываемой с горных склонов. Достоверно установлено также, что обитатели Чохского поселения содержали домашних овец и коз уже в начале 6-го тыс. до н. э.
