Видимо, ее взгляд был чересчур внимательным, и Темный Лорд обернулся, будто его кто-то дернул за плечо.
-Ты можешь идти домой. — Напомнил он.
Белла осторожно покинула свое место, конфузливо пунцовея.
-Только прежде надо выбрать день следующего урока. Приди сюда ровно через неделю. — Приказал Милорд, едва задумавшись. — В это же время что и сегодня.
В этот момент Белла поняла, что все ее сегодняшние переживания, жуткий страх и оцепенение за обеденным столом, мучительно напоминавшее ей симптомы приближавшегося обморока, болезненный румянец и мертвенная бледность от слов матери — страшнейшая глупость и чепуха. Незнающий о том, что случится Темный Лорд своими равнодушными репликами лишал ее пропадавшего чувства свободы куда больнее, чем мать и Родольфус вместе взятые.
-Я… я не… не смогу прийти в этот день. — Прошептала она, тихо заикаясь на каждом слове. Посмотрев на Волан-де-морта, она увидела, что он вовсе не сочувствует тому как она так боится своих слов.
-Это еще почему? — недоуменно спросил Милорд, зажигая свечу над ее головой ярче.
Свет от свечи обжег ее глаза, защипавшие от слез. Будто бы со стороны, она услышала собственные слова. Голос, сказавший это, не был похож на ее собственный даже отдаленно. Набравшись храбрости Белла, смотря в глаза Волан-де-морту, сказала:
-Я выхожу замуж за Родольфуса Лестрейнджа. В этот день.
Ей просто стало стыдно. Она резко отвернулась, и, застегнув мантию, сделала шаг к двери. В это мгновение в ее голове появилась мечта. Мечта о том, чтобы Темный Лорд сказал — это глупая и бессмысленная причина не приходить к нему на урок. Сказал, что если она не придет, то он убьет ее. И хоть что-то, хоть что-то хорошего будет в этом дне. Будет хоть одна причина, по которой она будет ждать его. Вместо красных лепестков роз на свадебном алтаре заалеет ее кровь.
Но он не сказал ничего такого:
-Тогда приди на следующий день. — Его голос звучал страшно буднично.
-Хорошо… — Ее передернуло, и она сказала — До свидания!
Не оборачиваясь, Белла вышла за дверь, но, прежде чем дверь закрылась, она услышала то, что как ей показалось, сказал Волан-де-морт:
-Прощай… Беллатриса Блэк…
Облака затягивали небо, как театральный занавес сцену. В зале ее жизни не сидели зрители, никто не хлопал и было темно как под землей. Радостное представление закончилось в ту секунду, когда Волан-де-морт закрыл за Беллой двери. Девушка достала палочку, зажгла на ней огонек и бросилась вон.
Добравшись до калитки, она увидела, что ее у дерева ожидала мать.
-Какого Мерлина так долго?! — возмутилась она, вместо приветствия, хватая дочь за локоть.
Девушка даже не обиделась на мать за грубость, позволив тисками сжать себя до боли. Она даже не спросила ее, почему та пришла за ней вместо Родольфуса, не спросила у нее ничего.
-Это тут Он живет? — Спросила Друэлла, показывая палочкой на дом. — Удивительно, что такой Человек живет в таком заброшенном доме.
На ее изумление не было обращено никакого внимания. Через мгновение Белла и Друэлла трансгрессировали.
Возле ворот родного поместья Друэлла не отпустила локтя дочери и потащила ее безвольное тело по узловатым, каменным тропинкам сада к дому, будто Белла намеревалась сбежать во мрак лесов, подальше от нее, как дикий зверь.
В спертом воздухе прихожей Альдмос гремел ведрами возле шкафа, вытирая пыль с картин. Отвесив книксен он продолжил чистить грязь, а Друэлла прикрикнула на Беллу:
-Уходи в свою комнату!
Беллатриса не успела даже зайти на порог и отдышаться, отряхнуть свое сырое пальто. Заперев дверь своей комнаты на ключ, она прикрыла глаза, тяжело дыша.
Несколько минут Белла стояла у порога, не отпуская дверной ручки, слушая оглушительную тишину своей комнаты. Она не хотела зажигать лампу, находясь в кромешной тьме. Белла мучительно соображала.
«Прощай… Беллатриса Блэк»
Она подошла к занавескам, плотно закрывая их, чтобы тьма из ее души окружила ее. Горевший к ее приходу канделябр Белла задула, оказавшись в полнейшем мраке, сбросила с себя уличные одеяния, падая на колени так резко, будто ее подстрелили. В самое кровавое сердце.
Ей виделось то, как в тот день, когда все кругом и даже она будут в белом, Родольфус у алтаря держит ее лицо и целует ядовитыми поцелуями, а потом, одевая ошейник кольца на ее палец, уводит в тьму своего жуткого дома, который она видела в последний раз в детстве. Уводит и запирает, лишая ее свободы, пленяющий аромат которой она итак едва имела право вдыхать своей грудью.
«Прощай, Беллатриса Блэк»
Ей представилась в сознании фигура Волан-де-морта, смотревшего на нее меланхолично, словно прощаясь.
-Зачем вы это сказали… — прошептала Беллатриса. — Зачем?
«Неужели он сочувствует моей участи? — спросила сама себя девушка. — Понимает… »
Как только в ее голове мелькнула мысль о сострадании, так тут же из ее глаз брызнули яростные слезы.
«Какое сочувствие? — возмущенно спросила она у себя. — Какое сочувствие? Он смотрит на меня лишь с холодным изумлением… А может даже с презрением… ему нет дела до меня… Как и остальным… Как бы я не мечтала о том, чтобы кто-нибудь заботился обо мне!»
