-То есть как — не существует окна? — Изумилась Белла, вставая с кресла и приподнимаясь на цыпочках.
Ей открылась перспектива на парк. Если пройти через густой лабиринт из расцветавших кустов, то можно выйти на тропу, вдоль которой росли нежные, но плотные пионы, готовящиеся распустится, шелестели на ветру заросли ракитника и можжевельника. А по деревьям ползли спрятанные под колючкой, нежные стебли какого-то растения. Прятались за кустами и многочисленными клумбами две маленьких беседки и ограда поместья, а за ними солнце к вечеру пряталось за горизонт.
-Это окно магией скрыто от человеческих глаз. — Ответила Нарцисса. — Если ты выйдешь в сад, подойдешь к дому и встанешь под этим окном, то ты его не увидишь. Ни на планах, ни на схемах нет его, точно так же как и нет этой комнаты, этого убежища. Не все потомки Малфоев даже знают о том, что в их доме был еще один дом. Люциус рассказывал мне, что женщина, портрет которой прячет дверь в это убежище, была сумасшедшей. Она пряталась тут вместе со своими детьми, рожала очередного ребенка, никого не впуская к себе и лишь раз в год на Рождество спускаясь к семье на праздник. Детей же она выпускала из комнаты только ночью. А сама была затворницей. Никто не знает почему, это было ужасно давно. Может быть это и легенда, а женщина на картине лишь авторский вымысел… но отчего-то убежище это не найти, без знания чар, которые из поколения в поколения передавались одному из Малфоев. И только одним заклинанием можно войти сюда, но если кто-то из нашей семьи добровольно пропускал сюда чужака, то тот может проходить сюда уже без всяких препятствий… магия отступала перед ним. Но только если это было сделано по доброй воле, насилие не открывает секрета этой комнаты.
-Вот, выходит, как я вошла сюда. — грустно проговорила Белла. — Я ведь просто бродила по дому и наткнулась на эту картину. Сделала как ты и делала в прошлый раз, когда впустила нас туда. И все… картина открылась.
-Не знаю только, зачем ты пришла сюда сама, Белла. Вас же тут запирали… неужели тебя не угнетает это место?
-Я привыкла к несвободе и вряд ли когда-нибудь привыкну к свободе окончательно.
Ее бледные губы, опущенные уголками вниз, не выражали никаких эмоций, кроме равнодушия, сложившись в почти ровную линию. В глазах не было никакого блеска, как будто бы она смотрела в пустоту и не думала ни о чем.
-Тебя вернули домой всего пару месяцев назад, Белла. — Пыталась подбодрить сестру Нарцисса, стараясь улыбнуться. — Конечно же, сразу ты привыкнуть не можешь после стольких то лет заключения… Все будет, Беллатриса!
Но, наверное, она сама не понимала или не верила на слово в то, что сама себе и сестре пыталась внушить. Белла же не могла представить себе, как чувство свободы станет для нее будничным и помрачнела оттого. Мучившие ее тюремные привычки не покидали ее разум и тело. Она почти всегда хотела есть, прятала еду под одеяло, в тумбочке, утаскивала со стола. Носила собой запасную мантию и накрывалась двумя одеялами, а волшебную палочку не могла выпустить из руки, даже когда ложилась спать. Просыпаясь посреди ночи, она долго не могла поверить в то, что жива, а старая боль в груди терзала ее с новой силой, даже зелья, прописанные Рабастаном, не помогали ей. Все время она проводила одна, избегала людей. Когда они находились рядом ей казалось, что ее ожидает какая-то западня…
Присматриваясь к скрипучим балкам, которые однако держали крепко крышу над их головой, она подумала о том, что скорее всего и переедет сюда сегодня из комнаты Драко. Ее племянник сегодня возвращался домой на Пасхальные каникулы и больше в его комнате она прятаться не сможет. А тут… здесь редко кто появляется, ее тут не обнаружат. Она будет снова одна, изолированная от всего мира, а ей так было куда спокойнее и безопаснее.
-Ваш чай и ваш какао, мадам Беллатриса и Нарцисса.
С хлопком и поклоном, почти коснувшись своим длинным носом пола, в воздухе объявился некий эльф-домовик, который, впрочем, не удивил никого из сестер.
-Поставь сюда, чай пусть остынет, а Беллатрисе отдай ее чашку.
Послушный эльф беспрекословно выполнил приказание хозяйки дома и с дрожью подал чашку с теплым, шоколадного цвета напитком Беллатрисе.
-Нет ли у тебя никаких известий для нас, Кикимер? — спросила та, когда тот вручил ей с поклоном напиток.
-Нет, госпожа. Единственное что я могу сказать, так это то, что Дамблдора уволили с должности директора и в Хогвартсе теперь за главную Долорес Амбридж. Профессор Снегг бывал в нашем доме и поведал все это.
-И что за вид открывается из окна вашего дома? — Рыкнула Беллатриса.
-Хозяин Сириус запретил мне говорить о том, где находится наша штаб-квартира. — по слогам ответил Кикимер, высоко вскрикнув и ударившись своей маленькой головой о стеклянную лампаду чуть не разбив ее.
-Перестань, Кикимер. — Холодно приказала Цисси. — Возвращайся домой и приходи сюда как только появятся новые сведения, полезные Темному Лорду.
С полупоклоном эльф исчез, а Беллатриса, откинувшись глубже в кресло, спросила не сестру, а саму себя, вслух:
