«О, сын благородного семейства, слушай внимательно. На двенадцатый день из крови, протекающей в северной части твоего мозга, восстанет вместе с супругой Благословенный Карма-Херука из семейства Карма; у него будет темно-зеленое тело с тремя головами, шестью руками и четырьмя растопыренными ногами; правое лицо у него будет белое, левое — красное, а то, что посередине, — темно-зеленое; в деснице у него будет зажат меч, во второй руке — трезубец с тремя человеческими головами, в третьей он будет держать колокол, в четвертой — вырезанную из черепа чашу, в пятой — лемех; Карма-Крондхишвари обнимет мужа за шею правой рукой, а левой поднесет к губам череп с кровью. Не бойся и не удивляйся. Это твой дух, твой идам (божество особого порядка, олицетворяющее просветление индивидуума), не бойся. Это действительно Благословенный Амогхджазидхи со своей супругой, перед которым ты должен испытывать благоговение. И к тебе одновременно придет озарение и освобождение»[65].

Вот такое увещевание, адресованное находящимся на смертном одре людям, приведено в «Тибетской книге мертвых». В тот миг, который отделяет жизнь от смерти и называется бардо, что в переводе означает «прыжок», человека озаряет свет, и он постигает истину, дхармакайя, называемую абсолютной природой Будды.

Однако это далеко не единственное видение, которое посещает индивидуума в состоянии бардо. Это и белокожая Гаури, правой рукой размахивающая покойником, словно палицей, а левой — держащая наполненный кровью череп, и желтокожая Каури, выпускающая стрелу из лука, и краснокожая Прамоха с изображенным на хоругви морским чудовищем, и чернокожая Витали, схватившая правой рукой ваджу (колючий шар), а левой — наполненный кровью череп, и Пуккази оранжевого цвета, лакомящаяся с помощью левой руки внутренностями, поддерживаемыми правой рукой, и Гхасмари зеленого цвета, пьющая кровь из черепа в левой руке и поднимающая ваджу правой, и желтокожая Кандали, расчленяющая и пожирающая тело, и Смашани темно-синего цвета, занимающаяся тем же, что и Кандали, и Синхамука с львиной гривой винного цвета, вцепившаяся зубами в мертвеца и потрясающая гривой, и краснокожая Виягримукха с головой тигрицы, раскрывшая в усмешке рот, и чернокожая Сиргаламукха с головой лисицы, обнажившая бритву в правой руке и глотающая внутренности, в которые вцепилась левой...

Видя перед собой жуткие видения — предвестники ада, — человеку не следует пугаться. «Тибетская книга мертвых» советует воспринимать их как «иллюзии разума», как «плод фантазии индивидуума».

Ибо демонов нет и в помине. Именно об этом говорит молитва усопших:

«Когда я покину моих дорогих друзей и буду блуждать в одиночестве, когда передо мной возникнут видения, созданные моим воображением, я попрошу Будду придать мне силы, чтобы не испытывать ужасов бардо. Когда меня озарят пять огней мудрости, без страха я приобщусь к познанию»[66].

Причем возникает опасность стать жертвой собственного воображения. Человек находится в промежуточном состоянии между смертью и возрождением в течение сорока девяти дней. И слабый может не выдержать и пасть духом.

Если европейцу трудно разобраться во всем многообразии религий Индии из-за обилия направлений и противоречивости толкований, ему отнюдь не легче понять другие верования Азии, начиная с буддизма по обе стороны Гималаев, разнящегося так же, как вкус европейских и африканских апельсинов.

Перейти на страницу:

Похожие книги