Их адвокат рассказал им о знаменитом фальшивомонетчике, который выторговал освобождение взамен на передачу подлинных печатных клише, которые государство опасалось потерять. К несчастью, в стремлении сотрудничать со следствием Тейлор и Брендел уже выдали Секретной службе свои клише. Адвокат поразмыслил над этим и спросил,
Брат Тейлора снабдил их черной и зеленой краской. Брендел сказал отцу, что изобрел новый тип гладильного пресса для французских манжет, и ему нужен прототип, чтобы подновить его прямо в тюрьме. Брат Брендела пронес в тюрьму пресс: он поместился в коробку для сигар. Утюжок для манжет работал в качестве миниатюрного печатного пресса: в течение нескольких ночей Тейлор и Брендел предпринимали попытки пробной печати банкнот. Когда израсходовали всю бумагу, им снова пронесли в тюрьму необходимые материалы.
В мае 1900 года брат Тейлора начал сбывать фальшивые банкноты. На подделку обратили внимание на тридцать второй попытке. Остальные он сжег. Вызванный на допрос к шефу Секретной службы, он объяснил, как и было условлено, что до заключения под стражу Тейлору и Бренделу удалось спрятать часть оборудования. Оба фальшивомонетчика поведали ту же легенду. Но волею судеб банкнота, которую они скопировали, оказалась выпущена после того, как они оказались в тюрьме, что и выявила рутинная сверка серийного номера. Брата Тейлора арестовали как соучастника. Ради его освобождения Брендел и Тейлор сдали клише и согласились дать показания против собственного адвоката.
Адвокат избежал уголовного наказания: он добыл свидетельство экспертов, доказывавшее, что тюремная фальшивка могла быть изготовлена только при использовании восьмитонного печатного пресса, четырех помощников, фотоаппарата стоимостью в пятьсот долларов и рабочего пространства площадью двадцать на двадцать футов. Даже когда Брендела и Тейлора заставили продемонстрировать свой крошечный аппарат присяжным, те им не поверили.
Граверы получили по семь лет и вышли на свободу в марте 1905 года. Брендел основал фирму, занимавшуюся изготовлением клише, взяв к себе на работу и старинного приятеля, пока тот не скончался в середине 1920-х. Брендел до 1934 года возглавлял департамент по изготовлению гравюр в одном из издательских домов Филадельфии, после чего учредил «Банкнотную компанию Жирара» — вероятно, с целью подразнить Секретную службу. Ее агенты завели обыкновение наведываться к нему всякий раз, когда умный фальшивомонетчик появлялся на улице, и в 1938 году нагрянули с обыском в «Банкнотную компанию Жирара». Ничего противозаконного не нашли. Секретная служба пришла к выводу, что в любом случае ни одна из циркулировавших тогда по стране фальшивок недотягивала до высоких стандартов Брендела. Он скончался в 1956-м.
Оглядываясь на события Гражданской войны, конгрессмен Джеймс Дж. Блейн вспоминал, что бумажные деньги были почти для всех восхитительным приключением: «В силу того, что под воздействием увеличившегося денежного обращения возродилась торговля, в силу того, что рынок абсолютно всех товаров постоянно расширялся, а цены плавно росли, поддержание военных усилий стало намного более приятным долгом для основной массы нашего народа, — провозглашал он. — Вовлечение населения в прибыльные схемы сильно способствовало военной политике правительства. Денег было более чем достаточно: биржевая игра — активной: государство было щедрым покупателем и расточительным потребителем. Всякий, способный к труду, нанимался на высокое жалованье: всякому, у кого был товар на продажу, гарантировались высокие цены».
