После сражения при Мунде и празднования испанского триумфа Цезарь становится единоличным правителем Средиземноморской державы. И одной из первых мер, предпринятых победителем, было формальное закрепление его верховного единовластия. Если несколько ранее он был назначен диктатором на 10 лет, то в 45 г. до н. э. он был провозглашен римским сенатом вечным диктатором, т. е. неограниченным в своей компетенции единоличным правителем. Еще более подчеркивали его монархическую власть другие должности, полученные им ранее. Так, он имел пожизненные права народного трибуна, т. е. его особа считалась священной, он имел права цензора, т. е. мог составлять и пересматривать список сенаторов. Он был великим понтификом с 63 г. до н. э., т. е. главой самой почитаемой жреческой коллегии Рима. Ранее временное звание императора, подчеркивающее связь военачальника и войска, становится постоянным титулом Цезаря. Он получил права постоянного проконсульского империя, т. е. неограниченной власти над провинциями. Важной прерогативой Цезаря было полученное им от сената и народа право рекомендации кандидатов на магистратские должности (консулов, преторов, эдилов). Тем самым фактически выборы на должности превращались в назначение, продиктованное всемогущим правителем.
Неограниченные полномочия вечного диктатора были дополнены и соответствующими внешними атрибутами. Цезарь получил право постоянно носить пурпурного цвета плащ триумфатора и лавровый венок на голове, сидеть на специальном кресле из слоновой кости с золотыми украшениями, носить особые сапоги красного цвета, в которых, по преданию, ходили древние альбанские цари. Были сделаны шаги в сторону обожествления нового главы государства. Не говоря о том, что он был верховным жрецом и как народный трибун был sacrosanctus, т. е. находился под особым покровительством богов, Цезарь усиленно развивал идею о том, что богиня Венера является родоначальницей рода Юлиев, а сам он ее прямой потомок. Как культурный и просвещенный человек. Цезарь прекрасно понимал условность всех этих пышных титулов. Но, охотно их принимая и подчеркивая, он тем самым хотел внедрить идею монархии в римское республиканское общество, приучить его к новой политической реальности и имперской идеологии.
Укрепив свое положение как неограниченного главы государства, Цезарь приступил к укреплению расшатанных во время гражданской войны государственных структур, решению имеющихся острых социальных проблем. Так, Цезарь реорганизовал сенат — верховный орган Римской республики, в котором было много его противников. Наиболее непримиримые из них погибли в войнах, были удалены из сената, многие были прощены Цезарем и изъявили готовность поддерживать новый режим. Но Цезарь включил в сенат очень многих своих безусловных сторонников, расширив состав сената до 900 человек (при Сулле он был увеличен с 300 до 600 человек). Из органа, враждебного Цезарю, реформированный сенат стал опорой новой власти.
Народные собрания и до гражданской войны обычно поддерживали Цезаря, а теперь, когда он получил пожизненные права народного трибуна, право рекомендации кандидатов на должности, когда в составе народных собраний стали преобладать его ветераны и подкупленный подачками городской плебс, этот орган Римской республики стал еще одной опорой диктатора.
Цезарь принял меры к укреплению административного аппарата своего режима и реформировал систему выборных магистратур. Он увеличил численность магистратур, теперь вместо восьми преторов избирались 16, вместо 4 эдилов — 6, число квесторов возросло до 40. Использование права рекомендаций позволило Цезарю сформировать преданный и подчиненный ему как главе государства исполнительный аппарат. Но Цезарь пошел дальше, он часто прибегал к прямому назначению (без выборов) своих друзей, сенаторов и даже своих отпущенников для исполнения некоторых государственных дел, называя их префектами, легатами, прокураторами. Особенно много таких порученцев Цезаря, своего рода первых чиновников, направлялось в провинции прежде всего для управления государственным имуществом, сборов налогов, различных финансовых дел. Управление огромной Римской державой требовало консолидации центрального административного аппарата, и Цезарь стремился решить эту сложную проблему, во всяком случае, начать ее решать.
