Подъем сельского хозяйства на Западе был связан с широким распространением здесь рабовладельческих имений среднего и крупного размера (латифундий). В I в. виллы, связанные с рынком, оттеснили на второй план хозяйства мелких землевладельцев, общинные структуры или крупные владения племенной знати, земли которой обрабатывали зависимые от нее соплеменники, клиенты и рабы. Однако мелкое земледелие свободных крестьян или же сидящих на землях крупных собственников арендаторов сохранялось, хотя собственники все более и более превращались в колонов. Общая аграрная ситуация во II в. усложнилась. Латифундии начали поглощать не только крестьянские участки, но и средние рабовладельческие имения, охватывая пространства по нескольку тысяч югеров. Эти огромные территории обрабатывались или рабами, руководимыми из одного центра, — виллы (первый тип — централизованная рабская латифундия), или колонами, которые арендовали небольшие участки земли у латифундиста и занимались земледелием по своему усмотрению (второй тип — децентрализованная латифундия с колонами). В некоторых латифундиях вся территория делилась на две части: одна обрабатывалась живущими на вилле рабами в централизованном порядке, а оставшаяся дробилась на мелкие участки и сдавалась в аренду колонам (третий тип — смешанное производство). Кризис рабовладельческого земледелия и падение производительности рабского труда, нехватка рабов и т. п. приводили в дальнейшем к расширению колонатного земледелия.
Первый тип рабовладельческих латифундий получил широкое распространение в Галлии и Испании, в то время как в Италии, Африке, восточных провинциях децентрализованная латифундия с колонами становится ведущей формой сельского хозяйства. Внедрение этой формы в восточных провинциях было связано с традициями эллинистической эпохи и с сохранением общинных отношений восточного типа. В Италии же переход к колонатному земледелию был вызван упадком средних интенсивных хозяйств, на смену которым пришли обширные поместья. Латифундии по сравнению со средними товарными поместьями были менее рентабельными хозяйствами: рационально организовать труд громадных масс рабов (до нескольких сотен человек) гораздо сложнее, чем двух-трех десятков рабов. Латифундист находил выход в том, что дробил часть своей территории, а иногда и всю ее, на парцеллы и сдавал их в аренду колонам. В качестве арендной платы колоны вносили в I в. установленную обычаем денежную сумму. Для получения звонкой монеты колон должен был продать производимую им продукцию на рынке. Необходимость продавать на рынке часть урожая, естественно, не могла не отвлекать колона от обработки земли. Меняющаяся рыночная конъюнктура, падение или подъем цен заставляли его иногда за полцены продавать свою продукцию. Иначе говоря, для сельского арендатора денежная форма арендной платы становилась неудобной, довольно часто приводила его к разорению. Многие источники I—II вв. содержат сведения о росте недоимок с колонов, выплачивающих денежную арендную плату. Отчаявшиеся колоны нередко бежали из поместий. Стремясь ликвидировать это ненормальное положение, латифундисты вместо денежной платы стали брать плату долей урожая. Во II в. н. э. колон был обязан давать третью часть пшеницы, ячменя, вина, масла и олив, четвертую часть гороха, по секстарию меда (секстарий — 0,55 л) и т. д. Кроме того, он должен был отработать несколько дней на полевых работах в хозяйстве землевладельца.
Жатка с большим захватом. Рельеф из Галлии. III в. н. э.
Перевод арендной платы из денежной в натуральную был выгоден как колону, так и землевладельцу: колон стал меньше связан с рыночными отношениями и мог посвятить больше времени непосредственной обработке земли. К тому же он был заинтересован в лучшей обработке земли, так как ему самому шло до 2/з урожая. Повысились соответственно и доходы латифундистов, была исключена проблема недоимок, неизбежная при денежной плате. Далее, получив продуктовые взносы колонов, землевладелец мог организовать их продажу на рынке, используя своих рабов, транспорт, складские помещения. Богатому собственнику было легче, чем колону, поглощенному обработкой собственного участка, реализовать продукты на рынке. Во II в. н. э. аренда из части продукта становится господствующей, хотя в ряде мест сохранилась денежная плата.
