Дунайско-балканские провинции — Реция, Норик, Паннония, Далмация, Верхняя и Нижняя Мезия, Дакия, Фракия, Македония и Эпир, Ахайя — составляли другой важнейший регион Империи. Все эти провинции имели в своем историческом прошлом много общего и вместе с тем Особенного, отличающего их друг от друга. Территория большинства балканских провинций была заселена иллирийцами и близкими им фракийцами, находившимися в целом на одинаковом уровне общественного и культурного развития.
Балканский полуостров, расположенный между западной и восточной частями Империи, испытывал на себе влияние римской культуры с Запада и греческой — с Востока. Вместе с тем своей северной стороной он был открыт к многоплеменной периферии Центральной и Восточной Европы. Дунайская граница, так же как и рейнская, представляла наиболее опасную и угрожаемую часть Империи и поэтому была наводнена римскими войсками.
Среди балканских провинций особняком стоят южные провинции Ахайя и Македония — области классической греческой цивилизации, с богатыми традициями, высоким уровнем экономики, замечательным культурным наследием, однако уже со времени эллинизма вступившие в полосу длительного застоя, который продолжался в период ранней Римской империи: экономические трудности, сокращение населения, запустение многих областей — характерные особенности хозяйственной жизни Эллады I—II вв. н. э. Вместе с тем значение ряда греческих городов (например, Коринфа, Родоса), и в особенности Афин, в культурной жизни Империи было очень велико. Афины продолжали играть роль своего рода центра античной образованности, искусства, красноречия и философии.
В распространении цивилизованного образа жизни и культуры в придунайских провинциях большую роль сыграла римская армия, общая численность в разные периоды I—II вв. достигала 8—10 легионов, т. е. вместе со вспомогательными формированиями 80—100 тыс. человек. Римские легионы располагались в постоянных благоустроенных лагерях, вокруг которых возникали поселения городского типа — канабы, где проживали семьи воинов, торговцы и ремесленники, снабжающие легионы необходимыми изделиями и товарами. Из римских стационарных лагерей и канаб возникали города муниципального типа, центры романизации дунайских провинций, например Виндобонна (Вена), Аквинк и Карнунт, Сингидун (Белград), Виминаций, Новы, Апул и многие другие.
Отслужившие свой срок легионеры — ветераны, как правило, оставались жить в этих новых городах, пополняя верхний слой городских жителей, муниципальных землевладельцев, вкладывающих свои средства в организацию товарных вилл и выступающих в качестве социальной опоры имперских порядков, активных носителей романизации. Распространение передовых форм экономики, социальных отношений и культуры способствовало общему благосостоянию придунайских провинций, приобщило местные племена, жившие в условиях примитивного быта, к зрелым формам античной цивилизации. Вместе с тем уровень урбанизации и роль городов в придунайских провинциях были значительно меньшими, чем в западных провинциях. Обширные территории оставались вне воздействия городских центров, а их население жило в условиях общинного быта. Неодинаковость социально-экономического и культурного уровня в городах римского типа и в мало-затронутых романизацией племенных округах — характерная особенность исторического развития придунайских провинций.
Северные ворота римского Кёльна (Colonia Claudia Ara Agrippiensium). Реконструкция
В состав римской провинции Нижняя Мезия были включены и некоторые греческие города Северного Причерноморья, в частности Тира, Ольвия, которые приняли к себе римские гарнизоны. В зависимость от Римской империи попали Херсонес и Боспорское государство, правители которых стали помещать на выпускаемых ими монетах изображения римских императоров как их верховных покровителей. Однако власть римлян над городами Северного Причерноморья была в значительной мере номинальной.
