1711 г. Между янычарами и азабами начинаются вооруженные столкновения из-за распределения налоговых поступлений. Каирскую цитадель обстреливают из пушек, конфликт завершается поражением янычар и их союзников, беев Факари. Теперь беи Касими имеют преобладающее влияние, однако старая вражда между ними и Факари вскоре возобновляется. Тем временем между османскими солдатами и египтянами происходит стычка у каирских ворот Баб-Зувайла. Подстрекателем выступил турецкий проповедник, призывавший толпу турков напасть на погруженных в молитвенное радение египетских дервишей.
В кольце стен средневекового Каира насчитывалось 60 ворот. В их число входят ворота Баб-Зувайла, построенные в XI веке при Фатимидах. На протяжении долгого времени эти ворота имели репутацию недоброго места, по-видимому, из-за того, что через них пролегал путь на городское кладбище. Кроме того, это было место публичных казней. Османы повесили здесь последнего мамлюкского султана Туман-бея: дважды обрывалась веревка, на третий раз оборвалась жизнь Туман-бея. Но в народных представлениях эти ворота были окружены особой аурой. Считалось, что здесь обитает Кутб, могущественный дух, который может в мгновение ока перенестись в Мекку и обратно. Он наказывает нечестивых и выводит на чистую воду ханжей, распределяет между людьми несчастья и блага. Люди, страдавшие какими-либо болезнями, прикрепляли к воротам пряди своих волос или лоскуты от платья в надежде на чудесное исцеление. Во время месяца Рамадан суфии устраивали здесь свои радения. Однажды на такую группу суфиев напали вооруженные мечами и дубинами турки, внезапно появившиеся из расположенной по соседству мечети аль-Муайяд. Этот инцидент был одним из звеньев в цепи длительного противостояния между египтянами и их иноземными правителями (словом «египтяне» в это время обозначалось арабоязычное население, большинство которого составляли мусульмане). Оппозиция приняла по большей части религиозную, а не политическую форму: основным ее выражением стал суфизм, который поначалу был чисто мистическим учением, основанным на индивидуальном духовном опыте, но со временем завоевал такую популярность среди простого народа, что власти стали видеть в нем социальное движение, направленное против существующего порядка, и считали необходимым его подавить. В более широком смысле народная религия была выражением культурной преемственности: корни почитания многих мусульманских святых можно найти в предшествовавших им по времени христианских культах и даже в представлениях о древнеегипетских богах. Прошлое оживало и в таких народных обычаях, как принесение цветов и душистых трав к могилам предков и устроение там поминальных трапез. Османы, боровшиеся за чистоту религиозных обрядов, стремились подавить и эти практики — как будто они были в состоянии уничтожить пять тысячелетий истории!
1736 г. К этому времени соперничающие группировки Факари и Касими истощили свои силы, и власть перешла к еще одной группе беев — Каздагли. Из ее рядов происходили все правители Египта, находившиеся у власти до прибытия Наполеона и некоторое время после. На протяжении последующих двадцати пяти лет, до 1760 г., Египет переживает период непривычной стабильности, финансового благополучия и отсутствия эпидемий. Внешняя торговля, особенно с Францией, процветает, численность населения растет, а богатые жители Каира украшают свой город многочисленными мечетями, училищами, фонтанами и дворцами.
1760 г. Али-бей аль-Кабир (правил в 1760–1772 гг.) становится шейхом-аль-баладом («начальником города [Каира]») и укрепляет свои позиции, ликвидируя янычар и отбирая у других военных корпусов практически все, кроме их названий. Вымогая к тому же средства у иностранцев, евреев и коптов, он накапливает немалые богатства.
«Каир был мирным городом, свободным от вражды и насилия… Красоты Каира были выдающимися, его превосходство было очевидным и побеждало любых соперников. Беднякам жилось легко. И великие, и малые жили в изобилии».
1768–1769 гг. Али бросает вызов османским властям, изгоняя наместников и не допуская назначения новых. Он фактически провозглашает независимость от Стамбула, повелевая упоминать в пятничной молитве и чеканить на монетах свое имя вместо имени турецкого султана.
1770 г. Али вторгается в Хиджаз и заменяет османского наместника в Джидде египетским.
