Множество же слонов неслось стремительно. Отряд вооруженной конницы дворянских родов, пустившись за ними вслед, кололи снизу вооруженных всадников, сидевших на слонах; в отважной борьбе они убили много слонов, всадников и слоновожатых, силой вернули обратно множество слонов, пригнали их и представили царю. После этого пошли в месторасположение лагеря Вахрама. Там в шатре находилась вся царская казна и казна всего царства, бесчисленное количество драгоценных вещей. Все это они захватили. Много седалищ, покрытых золотом, изумительно искусной работы, они мечами разрубали на мелкие куски и, навьючив ими тожество верблюдов и мулов, увезли караванами. Всем досталась большая, богатая добыча. После того персидские войска собрали из разбросанной казны немало вещей и доставили обратно в царскую казну.
В тот день, благодаря этой победе, царь Хосров одолел всех своих врагов, и царство его утвердилось. Он приказал раздеть многочисленных пленных всадников на конях и слонах, связать им руки ни плечах и бросить на попрание под ноги слонов.
Но нигде не могли найти следов Вахрама, ибо он уцелел и обратился в бегство и отправился в Бахд-Шахастац. где был убит ичи (жителями) по подстрекательству Хосрова.
Несколько дней спустя после этого сражения царь Хосров сидел в своем шатре, и персидское войско было расположено лагерем вокруг него; греческое, же войско, обогащенное громадной добычей, расположилось лагерем на однодневный переход дальше. Все великие вельможи стояли перед царем. Царь заговорил и сказал: «Существовал ли на свете царь, который был бы в состоянии захватить в свои руки другого царя, врага и опустошителя своего царства, но не убил бы его, не истребил бы всех мужчин его страны, а, наоборот, усыновил бы его, короновал, облачил в пурпур и возвеличил, отразил бы его врагов и утвердил бы его на престоле его царства, дал бы ему из своей казны царскую казну и отпустил его от себя по-добру в свое царство. Вот такие милости, каких ни один человек не может оказать родному, любимому сыну, оказал мне царь Маврикий, мой отец».
Некоторые из вельмож ответили ему: «Век живи, государь! Мы не знаем, следует ли благодарить или нет. Ибо всякое царство держится казной, а они всю казну государства разграбили».
Царь ответил и сказал: «Всю казну моего царства я вытащу из их ребер вместе с накопленными ими сокровищами, ибо все это принадлежит мне. Но мне досадно, что тот царененавистник (Вахрам) спасся и убежал. Он человек храбрый, он опять соберет войско из храбрых народов Востока».
Ему ответили и говорят: «Они именно спасли того царененавистника; мы видели собственными глазами, как его поймал тот Мушег’ Мамиконян, дал ему коня и оружие и отпустил». Это они сказали, замышляя зло против него, ибо, замечая его честолюбивые стремления, устрашились его и отвернулись от него. Царь же ничего не подозревал и не понял их замысла, так как был ребенок и незрел. Он не предусмотрел, какое возмущение может произвести это в войске и поверил ложным наветам. Он сказал: «Позовите сюда Мушег’а, свяжите ему руки и ноги, пока я донесу о нем императору».
Немедленно он приказывает написать письмо и отправляет его к Мушег’у через одного гонца. «Приходи, говорит, немедленно; предстоит неотложное, важное дело». А пуштипанам своим приказал: «Будьте наготове; когда он придет и я подам вам знак рукою, мгновенно сверните ему руки назад и свяжите. Но будьте внимательны. Он человек храбрый - или сам умрет, или меня убьет. Даже если сам умрет, и то я буду ответственен за него перед императором». Также он дал наставление привратникам: «Будьте осторожны, говорит: когда придет Мушег’ ко входу моего шатра, снимите с него пояс и меч, говоря, что не подобает предстать пред царем с оружием».
И вот, когда он (Мушег’) производил смотр своему войску, чтоб определить число живых и умерших, падших в бою, пред ним предстал гонец, приветствовал и подал ему письмо. Мушег’ взял письмо и спросил: «Все ли цело и благополучно?». Гонец ответил: «Все цело и благополучно; я больше ничего не знаю; мне только приказали спешно призвать тебя».
Он немедленно снарядился как бы на войну, ибо, подумал он, может быть предстоит какое нибудь военное дело, или царь хочет оказать им какую нибудь милость за их труды. Он взял с собой две тысячи вооруженных всадников из дворян и простых людей, которых считал достойными награды и в искусстве которых был уверен.
Царь о нем написал также патрику Иохану, чтобы его отпустил, и он разрешил ему поехать с таким приготовлением, и приказал всем надеть свое оружие. Снарядились и поехали.
