Антропоцентрический характер мировоззрения эпохи Возрождения заключается в том, что человек объявляется центральным звеном всей цепи космического бытия. Конечно, своего рода антропоцентризм был свойствен и средневековому сознанию. Но там речь шла о проблеме грехопадения и искупления; мир был создан для человека, а человек являлся высшим творением Бога на земле; однако человек рассматривался не сам по себе, а в своих отношениях с Богом, в своем отношении к греху и вечному спасению, недостижимому собственными силами. Для Возрождения же человек не просто чье-то творение или природное существо, он творец самого себя, своей собственной жизни, судьбы, и этим он отличается от всех живых существ. Он господин над всей природой и уже не нуждается в Божественной благодати для своего спасения; он сам себе голова. Интересно в этой связи рассуждение одного из выдающихся мыслителей XV в. Джованни Пико делла Мирандола (1463–1494) в его знаменитой «Речи о достоинстве человека». Сотворив человека и «поставив его в центр мира»,
Бог, согласно этому философу, обратился к нему с такими словами: «Не даем мы тебе, О Адам, ни определенного места, ни собственного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо, и обязанность ты имел по собственному желанию, согласно твоей воле и твоему решению. Образ прочих творений определен в пределах установленных нами законов. Ты же, не стесненный никакими пределами, определишь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю»[80].
Неудивительно поэтому, что эпоха Возрождения дала миру целую плеяду выдающихся индивидуальностей, титанов земного самоутверждения, обладавших ярким темпераментом, всесторонней образованностью, выделявшихся среди других людей своей волей, целеустремленностью, огромной энергией. Ренессанс был эпохой, «которая нуждалась в титанах и которая породила титанов»[81].
Разносторонность – вот идеал возрожденческого человека. Последний стремился испытать себя не только во всех сферах и областях материального и духовного производства, но и во всевозможных жизненных проявлениях и ситуациях. Стремлению стать уникальным мастером – художником, поэтом, философом, ученым и т. д. – содействует общая атмосфера, окружающая талантливых, одаренных людей чуть ли не религиозным поклонением: их чтут теперь так, как в античности героев, а в Средние века – святых.
Таким образом, в эпоху Возрождения человеческая личность, своеобразие и уникальность каждого индивида приобрели невиданную ранее ценность и значимость. Ни в античности, ни в Средние века не было такого жгучего интереса к человеческому существу во всем многообразии его проявлений. С антропоцентрической установкой, кстати сказать, связан и характерный для Возрождения культ красоты. Не случайно как раз живопись, изображающая прежде всего прекрасное человеческое лицо и человеческое тело, выступает в тот период главенствующим видом искусства, а фигура художника-творца становится как бы символом эпохи. У великих художников – Боттичелли, Леонардо да Винчи, Рафаэля мировосприятие Ренессанса получает свое наивысшее выражение.
Выдающихся деятелей Возрождения впоследствии стали именовать
Вместе с тем эпоха Ренессанса таила в себе сложные противоречия, которые характеризовались глубоким антиномизмом. То богатое развитие индивидуальности в XIV–XVI вв., о котором мы говорили, весьма часто, а точнее, постоянно, сопровождалось крайностями дикого, порой звериного индивидуализма. Вырвавшаяся на свободу человеческая индивидуальность, ощутившая свою самостоятельность и независимость не только от церковных институтов и церковных авторитетов, но и вообще от всяких абсолютов, включая и высший Абсолют в лице Бога, – эта уже ничем не сдерживаемая индивидуальность могла проявлять себя каким угодно способом и в каком угодно направлении, быть благородной, возвышенной или низменной, циничной. Иначе говоря, утверждение стихийно-человеческого индивидуализма и связанных с ним величайших достижений культуры эпохи Ренессанса, титанизм и благородный гуманизм данной эпохи имели и свою обратную сторону.
