Карл, закончив осеннюю охоту, направился к монастырю святого Дионисия, собираясь отпраздновать там день самого святого. В сам праздничный день во время торжественной мессы с огорчением принял там вышеупомянутых послов апостолика с письмами, направленными к нему и к епископам королевства, грозно налагающими запрет на его власть в королевстве покойного Лотаря, которое причиталось брату Лотаря императору. И по просьбе этих послов и некоторых из своих вассалов освободил из-под стражи в городе Сильванекте своего сына Карломана и приказал ему оставаться с ним. Самих же легатов господина апостолика и императора распорядился проводить в Ремы. Распорядившись, чтобы туда собрались отовсюду многие из своих вассалов, и пробыв там в течение восьми дней, отпустил послов и отправил в Рим к господину апостолику своих послов, а именно: пресвитера Ансегиза[1912], аббата монастыря святого Михаила, и мирянина Этария, – с письмами и шитым золотом покровом из своих нарядов для алтаря святого Петра, а также двумя золотыми коронами, украшенными драгоценными камнями. Сам же прибыл в Лугдун. Карломан, бежав оттуда ночью от отца, пришел в провинцию Бельгику. Собрав при себе многих своих сообщников, сыновей Белиала, произвел по наущению Сатаны такие жестокости и разорения, что в это нельзя было бы поверить, если бы не свидетельства тех, которые сами видели и претерпели это опустошение. Карл воспринял это с большой душевной болью, однако не прервал начатый поход, но со всевозможной быстротой подошел к Вьенне, чтобы взять в ней в осаду жену Герарда Берту, ибо Герард находился в другом замке. Во время этой осады были сильно опустошены близлежащие земли. Между тем Карл, умело сея раздор между теми, которые обороняли Вьенну, большую часть их склонил на свою сторону. Видя это, Берта послала людей к Герарду. Прибыв, тот сдал город Карлу, который, войдя в него в канун Рождества Господня, отпраздновал там Рождество Господне.
