В лето восемьсот семьдесят первое Карл, когда Вьенна была принята под его власть, принудил Герарда выдать заложников как залог того, что другие замки будут сданы посланным своим людям. И дав Герарду три корабля, позволил ему уйти из Вьенны по Родану со своей Бертой и движимым имуществом. Саму же Вьенну передал Бозону[1913], брату своей жены. Сам через Автиссиодур и Сеноны поспешил, насколько это было возможно, прибыть в монастырь святого Дионисия. Узнав про это, Карломан со своими сообщниками направился к Мозомагу[1914] и разорил сам замок с близлежащими поместьями. Оттуда обманно послал к своему отцу четырех своих вестников, передавая, что хотел бы прибыть к нему со смирением, полагаясь лишь на свою верноподданность, и загладить свою вину перед ним и перед Богом за то, что совершил, прося лишь, чтобы милосердно обошелся с теми, которые были с ним, дабы они могли остаться целыми и невредимыми. Однако ни в коей мере не отступился от начатых злодеяний. Король же Карл направил к своему сыну Карломану вместе с двумя его вестниками – ибо двух других задержал при себе – аббата монастыря святого Германа Гозлена и графа Балдуина[1915], зятя самого Карломана, передав ему условие, при котором он сможет безопасно прибыть к нему, если пожелает. Между тем сам Карломан, обманно притворяясь, что собирается вернуться к отцу, направил к нему других вестников, требующих невозможного. Сам же направился на землю Туля. Карл между тем потребовал суда над теми, которые похитили его сына, диакона и служителя Святой Церкви, переданного им Господу, и совершили в его королевстве столь многие и великие злодеяния, преступления и опустошения. После вынесения им смертного приговора все, что было у них, приказал конфисковать. И собрав отряды, которые должны были изгнать Карломана с его сообщниками из королевства, потребовал суда епископов над ними. И поскольку апостол повелевает с такими даже не есть вместе[1916], епископы, в диоцезах которых те совершили такие злодеяния, отлучили их[1917] согласно святым канонам, как написано в письмах, которые они согласно святым установлениям отправили другим епископам. Карл между тем решил потребовать судебного решения относительно Карломана у епископов диоцеза Сенонов, поскольку Карломан был диаконом провинции Сенонов и дважды нарушил данные клятвы, о чем публично объявил всем присутствовавшим его отец, и поскольку оказался столь неверным и поднял мятеж против отца и совершил в его государстве такие злодеяния. И с тем ко времени начала Сорокадневного поста Карл отправился обратно в монастырь святого Дионисия, собираясь оставаться там до святой Пасхи. И прибыв туда в субботу перед Вербным воскресеньем, отпраздновал там Пасху Господню. После Пасхи[1918] направился к монастырю святого Маврикия навстречу императрице Ангельберге, как он ей сообщил через своих вестовых. Но получив верное известие о том, что Ангельберга собирается в месяце мае провести в Триденте переговоры с королем Германии Людовиком, прервал намеченный путь и прибыл в Сильвак. Посланник со стороны его брата Адалард[1919], прибыв туда, просил, чтобы Карл пришел в Мозу-Траект, чтобы переговорить со своим братом Людовиком, когда Людовик из Аквисграна, отправив войско вместе со своим сыном Карломаном против венедов, прибудет в Реганесбург.
Между тем Карл назначил брата своей жены Бозона камерарием и магистром привратников своего сына Людовика[1920], ему же пожаловал титулы Герарда[1921], Битуригского графа, и направил с Бернардом[1922], а также с другим Бернардом[1923], маркграфом, в Аквитанию и поручил ему устройство дел в самом королевстве. Бернарду[1924] же, графу Толозы, после принятия им присяги уступил Каркасон и Реды[1925] и отпустил его в Толозу.
