В античные времена кастрацию применяли не только с целью получения надежных стражей. В Египте и Риме эта операция зачастую была всего лишь мерой наказания. Ее осуществляли как публичный акт правосудия за изнасилование и тому подобные преступления. Нередко таким образом обманутые мужья мстили любовникам своих жен. Кроме того, в крупных поместьях, где требовалось выполнять значительную работу по дому, евнухи использовались для оказания помощи рабыням. С экономической точки зрения это было выгодно, так как последние не пренебрегали своими обязанностями ради частых совокуплений. Рабынь также не приходилось освобождать от работ на длительные сроки в связи с беременностью и родами, чего нельзя было бы избежать, если бы челядь состояла из физически полноценных мужчин.
Семирамида[20], царица Ассирии, кастрировала физически слабых мужчин, дабы те не плодили себе подобных. Таким способом она намеревалась улучшить генофонд своего населения.
Кроме того, во всех странах, где была широко распространена содомия, прежде всего в языческой Греции, Риме и на Востоке, процветала торговля кастрированными мальчиками. Однако возрастание количества евнухов, вызванное вышеперечисленными причинами, не связанными с охраной гаремов и осуществлением административных функций в них, естественно, привело к тому, что предложение на соответствующем рынке увеличилось, и лица, приобретавшие евнухов для собственного ублажения, теперь получили возможность гораздо более широкого выбора. И мужчина, ставший жертвой судебного возмездия или личной мести, имел немалые шансы закончить свои дни в гареме, в обстановке, которой обычно завидовали мужчины, не утратившие своих половых органов и функций.
Учитывая все вышеизложенное, автор берет на себя смелость предположить, что до появления христианства как дикари, так и мужская часть «цивилизованных стран» в целом решили, что идеалом сексуального поведения является полигамия, а не моногамия. Однако на практике подавляющее большинство мужчин по экономическим причинам было вынуждено оставаться в рамках моногамных отношений. И все же, поскольку узы таких моногамных браков в дохристианские времена не считались обязывающими или священными, частым явлением в семейной жизни становились разводы, вызванные такими факторами, как бесплодие, рождение только девочек и простое желание сменить партнера.
В результате религиозной революции, произведенной христианством в Европе, начали укореняться моногамные отношения, рассматривавшиеся и как идеал, и как долг. Впоследствии в течение многих веков к тому же пришли и многие восточные народы, убедившиеся в социальной необходимости моногамии. Подобная форма брака не могла оказаться совершенно незнакомой, но воспринималась как серьезное отступление от традиции, казавшейся большинству людей совершенно логичной, а в некоторых обществах рассматривавшейся как божественный промысел, существующий с незапамятных времен.
Первые века христианской эры вплоть до официального принятия этой религии римским императором Константином I Великим на первом экуменическом соборе в Никее прошли под властью языческих цезарей[22], пришедших на смену августам.
Римское законодательство, подобно греческому, признавало моногамию как нормальный институт, способствовавший стабильности семейной жизни, а значит, социальной и политической организации. Однако характерное для рядового грека презрительное отношение к своей жене – благородные женщины, персонажи греческих трагедий, считались полубогинями – римлянином не разделялось. В представлении этого гораздо более аскетичного народа матери и жены суровых воинов и справедливых повелителей-мужчин не могли быть слабыми или фривольными созданиями, о чем убедительно свидетельствуют истории о Корнелии[23], Кориолане[24] и многие другие легенды, известные теперь большинству школьников.
Женщины в доме любого рядового римского гражданина играли видную роль, несравнимую с тем положением, которое они занимали в семье у других народов в течение долгого времени как до периода расцвета Римского государства, так и после него, если не считать домов богатых персов или арабов. Однако в Риме, где так рано утвердились республика и мораль стоиков[25], женщины находились в сравнительно стесненных обстоятельствах. В чрезвычайно милитаризованном Римском государстве менталитет граждан во многом определялся образцовым для того времени, детально разработанным законодательством, которое в этом отношении из всех греческих городов-полисов походило лишь на спартанское. Поэтому такое государство ожидало от женщин высокой гражданственности, а не простого подчинения мужчинам в смысле удовлетворения инстинкта продолжения рода или превращения в объект уважения и почитания за заслуги на данном поприще в прошлом.
