Как мы уже убедились, у арабов до Мухаммеда не существовало никаких особенных правил, регулировавших брачную жизнь. В то время арабские женщины пользовались значительными свободами. Усилиями пророка эта относительно идиллическая ситуация претерпела кардинальные изменения. Согласно его установлениям, отныне лицо женщины имели право видеть лишь ее отец, братья и му ж. Перед всеми остальными мужчинами женщины должны были закрывать свое лицо чачваном (черной густой сеткой из конского волоса), являвшимся обязательной частью паранджи – халата с ложными рукавами, покрывающего женщину с головой. Коран разрешает женщине показывать свое лицо также свекру и племянникам. Однако эти кровные родственники имели право входа на женскую половину лишь в дни великих праздников, а также по случаю свадьбы, рож дения ребенка или обрезания. Хозяин дома не должен был есть за одним столом со своей женой. Каждый раз, когда его женщины покидали стены дома, их должны были сопровождать евнухи. На улице женщина не должна разговаривать ни с кем, даже со своими близкими родственниками.
Что касается турок, то они не всегда следовали этим правилам до последней буквы. В действительности указ об обязательном ношении женщинами чачванов издал султан Осман III только в XVIII в. Следует отметить, что этот монарх постарался компенсировать другими способами упущения своих соотечественников в этой сфере. Он был настолько одержим соблюдением правил ограниченного доступа в гарем, что, перед тем как отправиться на женскую половину, всегда одевал туфли, подбитые серебряными гвоздями. Их громкое цоканье о каменные плиты, которыми был выложен пол коридора, слышалось даже в самых дальних уголках гарема, и предупрежденные таким оригинальным способом о появлении своего повелителя женщины имели время спрятаться. В его распоряжении было не менее пятисот жен и наложниц, и поэтому такая предосторожность представлялась вполне разумной со стороны истинно набожного мусульманина, который не желал, чтобы его искушало столь много соблазнов одновременно, хотя и до и после него правили султаны, совершенно не разделявшие подобных взглядов на эту проблему.
Вернемся, однако, к пророку. Он предоставил жене определенные юридические права, превосходившие те, которыми ранее пользовались арабские женщины. Вместе с тем он наложил на нее обязанности, которые сузили возможность для нее играть хоть мало-мальски заметную роль в жизни общества и еще более подавляли развитие ее личности. Мухаммед преследовал демократическую цель, если применить современное толкование этого понятия, распространенное в России. Он хотел уничтожить среди женщин то, что британский победитель при Ватерлоо впоследствии назвал «проклятым достоинством». Пророк не видел причин, по которым одна женщина могла считать себя лучше другой в физическом, моральном или интеллектуальном отношении. Все они должны были быть равными не только перед законом, но и перед судом общественного мнения. И с его точки зрения, никто в этом плане не мог пользоваться какими бы то ни было привилегиями.
Естественно, это недостижимый идеал. Однако, несмотря на то что личное отношение Мухаммеда к женщинам носило патерналистский характер, внедрение его уравнительной доктрины, как это уже неоднократно случалось при реализации на практике подобных теорий в других местах и в другие времена, привело к падению статуса арабских женщин по сравнению с тем, что существовал ранее.
Его взгляды на семейную жизнь мало чем отличались от взглядов многих «строгих отцов» среди моногамных еретиков христианской Европы, появившихся позднее. Эта новая строгость довелась до крайностей в арабской гаремной системе, позаимствованной у персов и византийцев. Пророк, несомненно, намеревался помешать богатым и умным женщинам творить сумасбродства, как они это делали в прошлом. Точно так же европейский «социализм» возник на почве возмущения излишествами феодальных аристократов. Подобно многим либеральным мыслителям, Мухаммед, ограничивая свободы, изо всех сил пытался не выходить за те рамки, которые считал абсолютно необходимыми. Например, он вывел собственность жены из-под контроля ее мужа. Однако эта разумная уступка в обстоятельствах того века и региона привела к нежелательному размежеванию интересов мужа и жены. Они «расходились», как мы выражаемся сегодня, как в моральном, так и в финансовом плане. Со временем представители двух полов начали вести жизни, которые практически не имели между собой ничего общего, кроме полового акта. Последствия, как только сейчас начинает осознавать Восток, в целом оказались пагубными для «величайшего счастья величайшего числа». И все же они действовали на Востоке в течение тринадцати веков и до сих пор продолжают оказывать определяющее влияние на уклад жизни в мусульманских странах.
