— Ха, это, несомненно, довольно странное открытие, но, тем не менее, факт остается фактом. В гильдиях считают, что только люди способны разжигать и использовать камни маны, но, очевидно, я только что доказал, что они ошибаются! Похоже, эти болваны не так хорошо разбираются в магии, как им кажется, — громко хвастался Махедий.
С самодовольной улыбкой он полез в карман и вытащил еще один камень. Он бросил его опешившему Черному Когтю, который неловко поймал камень, едва не выронив.
— Ты тоже попробуй, — сказал ему Махедий.
Безразлично пожав плечами, Черный Коготь сосредоточенно уставился на кристалл. Что же сделал Скамп, чтобы тот засветился?
Хобгоблин стал сжимать камень изо всех сил. Прошло несколько минут, но так ничего не произошло. С разочарованием и досадой Черный Коготь швырнул бесполезный камень обратно Махедию.
— Хм, похоже, как и люди, не все гоблины рождаются магами. Хотя, чтобы убедиться в этом наверняка, стоило бы провести тщательное исследование, — размышлял вслух Махедий.
Рыжий Пес закатил глаза и, раздраженно фыркнув, сердито уставился на мага.
— Это всего лишь означает, что теперь тебе придется держать свои кристаллы под замком. В остальном это чертовски бесполезное открытие, — сказал ему Рыжий Пес.
— Я могу придумать, как минимум, несколько вариантов, как можно его использовать. Например, я мог бы использовать кровь гоблина вместо своей, чтобы выращивать кристаллы, было бы интересно проверить, одинакова ли эта способность у наших видов, — пренебрежительно ответил Махедий.
— Ворша, иди сюда, а вы двое заткнитесь. Все остальные, убирайте свои бесполезные задницы прочь отсюда, — внезапно крикнула Херад и направилась к Рыжему Псу и Махедию.
Она окинула гневным взглядом толпу, и та быстро начала расходиться. Вскоре остались только Рыжий Пес, Сэйтер, Геральд, Ворша, Махедий, Вархс и Черный Коготь. Все они стояли полукругом лицом к Херад.
— Раз уж вы все здесь, а я потратила слишком много времени впустую, я собираюсь рассказать о наших планах на будущее прямо сейчас, — сказала им Херад. — В начале года я говорила вам, что, скорее всего, отправлюсь на север, в Даггерпойнт, до наступления зимы, и это по-прежнему входит в мои планы.
— Но зачем? Я думала, теперь это наша территория, — спросила Ворша.
— Вот что мы сделаем… — начала Херад, но Черного Когтя отвлекло урчание в животе.
Пока люди обсуждали всякую ерунду, которая не особенно его волновала, хобгоблин начал подумывать о еде. В одном из мешочков у него было немного сушеного мяса, но ему вдруг захотелось чего-нибудь сладкого.
О, в лесу была куча ягод. Хм-м-м ягоды были бы очень кстати.
Хобгоблин огляделся. Вряд ли кто-то здесь будет скучать по нему или заметит его отсутствие, поэтому он решил пойти и перекусить. Скорее всего, он вернется раньше, чем люди перейдут к чему-то действительному важному. Похоже, им просто нравилось болтать и слушать, как болтают другие.
Пока Херад и Сэйтер обменивались мрачными взглядами и спорили о чем-то, явно несущественном, Черный Коготь встал на цыпочки и тихонько улизнул. Неподалеку как раз рос куст ягод, который он собирался обобрать начисто, а все эти бессмысленные разговоры его только раздражали.
Не теряя времени, он направился к опушке. В лагере все уже привыкли к нему, да и сам он научился двигаться, не привлекая внимания. Как правило, люди ничего не замечают вокруг, если не давать им повод для волнений.
Добравшись до опушки, хобгоблин вошел в лес и начал пробираться к своей цели. Черный Коготь с нетерпением перепрыгивал через поваленные деревья, а зеленый полог над головой становился все гуще.
Ему не терпелось полакомиться этими ягодами. От одной мысли об их сладковато-терпком вкусе у него потекли слюнки. Ему пришлось облизать губы, чтобы не закапать рубаху.
Вскоре Черный Коготь добрался до места, где деревья росли реже, и наконец вышел на небольшую поляну. Там, где солнечный свет перемежался с тенью деревьев, росли самые сочные ягоды.
От радости хобгоблин подпрыгнул и осторожно полез в колючие заросли за любимыми ягодами. Ощутив их сочный вкус на языке, он застонал от блаженства, а затем принялся рвать ягоды так быстро, как только мог, и запихивать их в рот. Они были ужасно вкусны!
Когда он наелся до отвала, а его губы окрасились фиолетовым, Черный Коготь сыто отрыгнул и с довольным видом пошел обратно в лагерь. Он решил, что люди уже покончили с бесполезными разговорами, а если нет, то на сытый желудок игнорировать их будет проще.
Вдруг его ноздрей коснулся какой-то необычный запах. Он застыл в неподвижности и быстро огляделся вокруг, но не увидел ничего кроме привычных деревьев и кустов.
Запах был странным и в то же время знакомым. Уж не напоминал ли он того огромного чудовищного слизня, с которым он расправился? Нет, должно быть, это было животное, причем крупное, судя по крепкому запаху.
